Трагедия на шахте «Листвяжная»: кто ответит за гибель горняков?

20:13 26/11/2021

В связи с гибелью горняков на шахте «Листвяжная» СКР возбудил уголовное дело о халатности сотрудников местного отдела Ростехнадзора, дело о нарушении требований промышленной безопасности на опасных производственных объектах. Какие требования были нарушены и почему это произошло, телеканалу «МИР 24» рассказал председатель российского независимого профсоюза работников угольной промышленности Иван Мохначук.

- Предварительные выводы уже сделаны. По версии СКР, в ноябре этого года инспекторы Ростехнадзора составили акты о проверке горной выработки, но его не проверяли, возможно, даже не спускались. Официальный представитель Ростехнадзора накануне сказал, что в 2021 году было проведено 127 проверок шахты, выявлено 914 нарушений, девять раз применялась приостановка, общая сумма штрафов составила более четырех миллионов рублей. Как Ростехнадзор проверяет шахты? Когда работа приостанавливается?

Иван Мохначук: Я хотел бы принести свои соболезнования семьям погибших, пострадавших шахтеров. Это наши товарищи, мы понимаем трагедию и то горе, которое постигло семьи, они потеряли родных, близких, сыновей, отцов, друзей.

Что касается работы Ростехнадзора, я могу констатировать следующее. На сегодня, на мой взгляд, Ростехнадзор находится не в той ситуации, в которой должен быть, особенно горный надзор, который курирует шахты. Кто идет работать в гортехнадзор? Начальник участка либо человек, который имеет опыт работы, знания, умения, навыки, получает зарплату в два – четыре раза больше, чем в Ростехнадзоре. Конечно, он туда не пойдет, ему нужно зарабатывать деньги и кормить семью. И туда идут далеко не лучшие специалисты. За ту зарплату, которую получает Ростехнадзор, конечно, могут быть нарушения, когда он теми или иными правдами и неправдами начинает химичить, не посещает шахты, не в полной мере проводит проверки.

Но я в это слабо верю, потому что мы контролируем ситуацию, мы работаем плотно с Ростехнадзором, и даже если он что-то недорабатывает на местах, об этом начальник Ростехнадзора России знает из первых уст, даже от меня, потому что у меня есть прямые телефоны, выходы и возможности любую ситуацию доложить начальнику Ростехнадзора. Что касается тех сотен проверок нарушений, которые вы обозначили. Когда инспектор идет в шахту, он пишет любую мелочь. Могут быть и крупные нарушения, если они есть, в этом случае работа останавливается, даже через суд, и штрафы накладываются, поэтому мне сложно сказать. Я думаю, СКР и прокуратура разберутся по системе учета и контроля книги нарядов. Можно отследить, какие были нарушения, как даны наряды на устранение этих нарушений, как они были устранены.

Думаю, комиссия по расследованию причин аварии в этом разберется, мы узнаем истинную картину.

- О безопасности должно было позаботиться руководство предприятия?

Иван Мохначук: Безусловно. Моя позиция заключается в том, что шахтер должен живым и здоровым уйти на работу и живым и здоровым вернуться домой. Другой вопрос – какую зарплату он принесет. Но первична жизнь и здоровье. Второе: задача рабочего – работать. А задача инженерно-технического состава – обеспечить контроль за правильностью технологии выполнения работ и безопасностью. У нас в соответствии с правилами безопасности рабочие не могут идти в забой, в лаву и работать там без присутствия лица надзора, и задача надзора – не копать, не крутить гайки, не двигать секции, а следить за правильностью технологии ведения работ и безопасностью. Если что-то происходит, в первую очередь, виноват инженерно-технический надзор, который не обеспечил контроль.

- Руководство «Листвяжной» задержали. Появилась информация, что директор в 2021 году был признан лучшим. У неосведомленного человека возникает вопрос: если это лучший, то что творится в других местах?

Иван Мохначук: Есть некие критерии оценки деятельности по ряду показателей, в том числе по социально-экономическим. Шахта входит в пятерку лучших, добывала более пяти миллионов тонн в год – больше полутора тысяч человек работало, состав плавающий в зависимости от работы, плюс технико-экономические показатели, в том числе вопросы безопасности, охраны труда.

Рыба гниет с головы, мы это все понимаем, а непосредственно на месте выдается наряд на производство работ начальником участка либо лицами, которые его подменяют либо замещают. Что происходит на рабочем месте, за это несет ответственность начальник участка.

Можно в золотую рамку повесить портрет директора шахты, и ни один из них не будет застрахован от того, что завтра что-то не произойдет. Шахта – это особо опасное предприятие. Метан, который постоянно присутствует и выделяется из угольных пластов, – это уже другой вопрос, в зависимости от марки угля. И есть угольная пыль. При малейшем превышении содержания метана в выработке, при концентрации 4,5% и выше происходит взрыв метана, он поднимает в воздух угольную пыль, которая, как порох, тоже детонирует и взрывается.

Не зря шахты называют особо опасным производством, в связи с этим происходят такие трагедии эпизодически.

- Бывший работник предприятия сказал, что во всех шахтах знают заранее, когда придет инспектор, и работы приостанавливаются, шахту готовят к проверке.

Иван Мохначук: Такие случаи возможны. Я был на многих шахтах Кузбасса. Если выработку осланцевали, то она пылью не сразу зарастает, чтобы завтра произошел взрыв. Когда идет опытный инспектор, я когда бываю субъектах, я тоже стараюсь ходить в шахты (нравится мне это дело), я вижу, когда было осланцовано, сколько, по времени как давно это было сделано. Здесь можно определить, замазывают или не замазывают глаза. То, что работодатель уделяет меньше внимания вопросам безопасности, я соглашусь. Оптимизация и гонка за прибылью говорит о том, что состав людей на шахте сжат до такой степени, что оставили людей минимально необходимых для определенных функций по добыче.

Когда я иду по шахте и спотыкаюсь о рештаки, которые лежат на штреке, с директором, и директора спрашиваю, почему он их не может убрать, чтобы освободить запасной проход директор говорит, что нет людей. Собственники, совет директоров задавили до такой степени, что всех уволили, три человека работают в лаве, три на проходке, двое на конвейерах. Нет лишних людей, чтобы они наводили порядок по шахте.

Это имеет место быть, у нас даже возникают проблемы, когда звено идет в забой, один человек вдруг заболел, двух посылать нельзя, и происходит приостановка работ. С кадрами проблема, людей в шахтах не хватает.

Когда я в 1977 году пришел работать в шахту, у меня первая зарплата была 424 рубля, когда в Инте средняя зарплата была в пределах 200 рублей, а на юге – 120 – 130. Конечно, стояла очередь. Сегодня очереди нет на шахту. Профсоюз стал изучать эту проблему. Сегодня стартовая зарплата молодого человека, который закончил училище, ушел в армию, из армии вернулся и приходит на предприятие, в лучше случае 35 – 40 тысяч. Какой нормальный здоровый мужик с мозгами, с руками пойдет работать за эту зарплату? Он на поверхности может эти деньги заработать. Кадровый вопрос очень сложный, отсюда безопасность, ответственность, понимание ситуации.

К сожалению, многим собственникам на халяву досталось то, наши родители и мы строили еще в советское время. А халява сладкая, и она не ценится. Когда есть ряд шахт, которые в том же Кузбассе, где собственники построили шахты уже сегодня, за свои деньги, там отношение к безопасности и охране труда совершенно другое. Конечно, после взрыва у всех адреналин вскипает, контролирующие органы начинают проверять, и находят любую мелочь. Но есть ключевые позиции, которые должны быть, и которые должны соответствовать безопасности жизни и здоровья людей.

За эти вещи нужно очень строго наказывать и каким-то образом достучаться до собственников, потому что даже директора шахты сейчас арестовали, первого заместителя, начальника участка, и дальше, когда начнем разбираться, мы можем увидеть вопросы недофинансирования каких-то позиций относительно обеспечения безопасности труда, отсутствие трудовых ресурсов на устранение нарушений, потому что фонд оплаты труда зажат, людей не хватает, и отсюда все вытекает.

comments powered by HyperComments