Сердечное дело: новосибирские врачи открыли новую страницу в кардиохирургии

20:13 30/09/2021

Новосибирские врачи первыми в России провели уникальную операцию. Они спасли жизнь пациенту с редкой генетической болезнью сердца. Какие возможности это открывает для кардиохирургии в будущем, телеканалу «МИР 24» рассказал директор Института патологии кровообращения Национального медицинского исследовательского центра им. Мешалкина Александр Богачев-Прокофьев.

- В прессе эту операцию назвали «революцией в кардиохирургии». В чем ее уникальность?

Как быстрый шаг
Александр Богачев-Прокофьев: Слишком громкое название в плане революционных новаторских идей. Но это очень интересный клинический случай, он даже уникальный. Он заключается в том, что пациент с генетическим заболеванием – гипертрофической каридомиопатией, когда имеется значимое утолщение стенок сердца, в частности, межжелудочковой перегородки, то есть той, которая разделяет сердце на камеры, в результате этого утолщения имеется нарушение оттока крови из полости левого желудочка в самый крупный сосуд – в аорту. В результате имеется значимая одышка, стенокардия – давящие боли за грудиной, были предобморочные состояния, и основная проблема – это синдром внезапной сердечной смерти.

Любая физическая нагрузка серьезная может провоцировать внезапную сердечную смерть с фибрилляцией желудочков либо просто остановка сердечной деятельности. И мы имеем достаточно большой опыт подобных вмешательств, но данный случай имеет сложную комбинированную хирургию, когда сочеталась и гипертрофическая кардиомиопатия – по поводу нее мы вмешивались, нарушение ритма сердца по типу фибрилляции предсердий, когда ритм неровный, неправильный, и у пациента еще имелся мышечный мостик, тоннель из гипертрофированной толстой мышцы, в которой была заключена артерия передненисходящая – самая главная, самая крупная артерия, которая питает сердечную мышцу, что тоже способствовало и симптомам пациента – это давящие боли за грудиной, и увеличивало риск внезапной сердечной смерти, добавляя определенный процент риска к самой патологии.

Очень интересное было вмешательство, связанное с тем, что пациент был ранее оперирован по поводу основной патологии – по поводу гипертрофии межжелудочковой перегородки, по поводу нарушения оттока из сердца, но, к сожалению, он был оперирован в клинике с меньшим опытом, и у пациента сохранились симптомы после предшествующей операции – она была выполнена в 2017 году. Облегчения он не имел, градиент у него на уровне выходного тракта левого желудочка остался таким же, и пациента начали беспокоить серьезные нарушения ритма – он постоянно вызывал скорую помощь, у него было чувство страха смерти. Вся симптоматика и вся угроза внезапной сердечной смерти у него оставалась, несмотря на выполненную ранее открытую полноценную кардиохирургическую операцию.

- Такие сложные операции в мире проводятся?

Александр Богачев-Прокофьев: Конечно, подобные операции выполняются в мировой практике, конечно, для России этот случай уникальный, наверное. На сегодняшний день такую комбинированную операцию пациенту с такой кардиомиопатией мы в литературных источниках не нашли, мы же всегда ориентируемся на то, что опубликовано, что делается, мы знаем клиники, которые обладают на сегодняшний день опытом, те, которые обладают большим опытом, но у нас это было достаточно сложное комбинированное вмешательство.

Наверное, опыт подобного вмешательства есть в клинике США – «Мэйо», которая обладает большим опытом в лечении пациентов с данной патологией, в частности, в сочетании их с аномалией коронарных артерий с мышечным мостиком, в сочетании с лечением фибрилляцией предсердия. Прецедент на территории России однозначный.

- Кто работал во время этой операции?

Александр Богачев-Прокофьев: Всегда в кардиохирургии невозможно быть только дирижером оркестра – это всегда работа большой команды. Если кто-то делает свою работу неправильно либо некачественно, непрофессионально, от этого страдают все, в первую очередь, пациент и вся остальная команда.

Конечно, это команда кардиохирургов – сам хирург, его ассистент, операционная сестра, которые каждый день выполняют кардиохирургические вмешательства, которые имеют достаточно большой опыт не только для российской кардиохирургии, но и для европейской, и вся команда, которая поддерживает кардиохирургическую бригаду в операционной – это врач-анестезиолог, перфузиолог, который обеспечивает работу аппарата искусственного кровообращения. Операция выполняется в условиях остановленного сердца. И, конечно, один из главный членов команды – лечащий кардиолог, который обследует пациента до операции, с которым мы обсуждаем план оперативного вмешательства, который помогает пациенту восстановиться после оперативного вмешательства уже в отделении.

- Какие моменты были самыми сложными?

Александр Богачев-Прокофьев: Я считаю, что операция прошла гладко, не было никаких экстравагантных ситуаций, хотя они очень часто случаются в кардиохирургии, даже в рутинной практике, когда ты вроде бы предвидишь, что все должно идти по плану, и возникают какие-то нюансы.

У этого пациента, несмотря на комбинированное вмешательство, состоящее из трех компонентов, несмотря на то, что это повторное вмешательство, которое всегда имеет определенные большие риски в плане кровотечений, травмы жизненно важных сердечных структур, потому что есть спаечный процесс, и плюс вмешательство по поводу основного заболевания, повторное иссечение перегородки тоже всегда или в большинстве случаев сопровождается неприятными нюансами для хирурга и пациента в виде либо дефектов перегородки, потому что достаточно сложно сориентироваться, где нужно досечь перегородку, осложнения могут возникать в виде полной блокады с имплантацией кардиостимулятора, но у нас вроде бы все шло во время операционного этапа и в раннем операционном периоде по плану, который мы в голове отработали и с кардиологом, и с хирургом-ассистентом.

- Как пациент перенес операцию и как он себя чувствует сейчас?

Александр Богачев-Прокофьев: Риск всегда существует, и мы с пациентом всегда проговариваем это перед операцией, мы ему объясняем, учитывая все факторы, которые существуют: многокомпонентность, повторное вмешательство, конечно, риски выше, чем у обычного пациента, которого мы оперируем с данной патологией, у которых мы выполняем только миэктомию – у них тоже существуют риски, но в данном случае они выше.

Сейчас пациент абсолютно стабильный, у него был достаточно благоприятный послеоперационный период, в палате реанимации даже меньше суток он провел, после перевода в общее отделение пациент абсолютно стабильный, готовится к выписке.

- Когда эти операции станут рутинными?

Александр Богачев-Прокофьев: Если мы говорим о рутинном вмешательстве, наверное, такой период наступит. На самом деле, эти вмешательства в России все равно являются достаточно эксклюзивными, потому что таких пациентов не так много, как пациентов с ишемической болезнью сердца, и коронарное шунтирование на сегодняшний день, действительно, является рутинной операцией, если оно стандартное.

Это все же пациенты с генетической патологией. На сегодняшний день даже ведущие кардиохирургические центры в стране – в Санкт-Петербурге, в Москве выполняют чуть более 30 подобных вмешательств в год. Есть федеральные центры в той же Астрахани, в Хабаровске, которые выполняют порядка 15 – 20 вмешательств в год. Сделать такие вмешательства рутинными, наверное, очень сложно, чтобы каждый кардиохирург мог выполнять на достаточно высоком уровне. Все равно это на сегодня – прерогатива крупных центров с достаточно большим опытом, если мы хотим иметь высокое качество оказания медицинской помощи данным пациентам с минимальным риском осложнений, поэтому не могу сказать, что это в ближайшее время будет рутинным вмешательством, поставленным на поток в каждом кардиохирургическом отделении крупной областной больницы.

comments powered by HyperComments