Гибридный иммунитет: как человек становится неуязвимым перед коронавирусом?

16:39 24/09/2021

Ученые из США заявили, что сделать человека неуязвимым для любого штамма коронавируса поможет только гибридный иммунитет. Как его заработать, телеканалу «МИР 24» рассказал иммунолог, кандидат медицинских наук Николай Крючков.

- Что такое гибридный иммунитет и когда он возникает?

Николай Крючков: Это относительно новый термин, который означает, что вначале организм знакомится с инфекцией путем естественного заболевания, а потом приобретает иммунитет в результате вакцинации. Сочетание естественного иммунитета с поствакцинным и назвали гибридным.

- Факт появления гибридного иммунитета о чем может говорить?

Николай Крючков: Гибридный иммунитет приобретается при многих заболеваниях, для которых существует вакцина. Вначале человек, например, может заболеть, а потом вакцинироваться, или наоборот. В результате происходит смешение поствакцинного и естественного иммунитета, поэтому сам факт ни о чем существенном не говорит.

Но результаты исследования показывают, что именно такой иммунитет – приобретенный после естественного заболевания коронавирусом плюс вакцинация МРНК-вакциной (в данном случае оценивались только МРНК-вакцины Pfizer и Moderna) – становится наиболее сильным в отношении коронавирусной инфекции и работает даже против сильно мутировавших вариантов коронавируса, в том числе искусственно синтезированный, очень сильно измененный вариант коронавирусного S-белка.

- Каков механизм работы?

Николай Крючков: Есть несколько гипотез, как это может работать. Первое – что любое столкновение с антигеном приводит к усилению специфического иммунного ответа. В данном случае, речь шла об антительном ответе, хотя, наверное, клеточный тоже усиливается. За счет этого увеличивается общее количество антикоронавирусных антител, увеличивается абсолютное количество нейтрализующих антител. Они больше всего всегда интересуют – это те антитела, которые связывают с антигенными поверхностями коронавируса, способы его блокировать и нейтрализовать. Это и есть реализация защитной функции специфического иммунитета. В данном случае, примерно эта ситуация и происходит. Оказывается, что общее увеличение количества антител косвенно приводит к увеличению количества нейтрализующих антител.

Второе – существует феномен «созревания аффинности» – когда антитела при повторных столкновениях с инфекцией становятся более зрелыми и более сильными, то есть сила связывания их с коронавирусными антигенами становится сильнее, их большее количество становится именно нейтрализующими, что и нужно.

Есть третий механизм. Он связан с тем, что расширяется репертуар антикоронавирусных антител, часть из которых являются нейтрализующими, соответственно, это способствует тому, что со всех сторон коронавирус уже окутывается, к разным участкам коронавируса формируются антитела, что при его попадании в организм приводит к тому, что он эффективней нейтрализуется.

Любой из этих трех механизмов может и обуславливать более сильный эффект гибридного иммунитета.

- Ученые утверждают, что гибридный иммунитет поможет справиться с агрессивными вариантами коронавируса, которые могут возникнуть в будущем. На чем основано это мнение?

Николай Крючков: На результатах того эксперимента. Это не клиническое исследование, не эпидемиологическое – это фундаментальное лабораторное исследование с участием образцов плазмы, полученных от человека, и при оценке генетически модифицированных вариантов коронавирусных белков, в том числе очень измененных, в том числе от «дельта», «бета», «гамма»-варианта.

Выяснили, что в отношении искусственно измененного коронавирусного белка такой гибридный иммунитет (а как он оценивается: берут несколько образцов плазмы переболевших, а затем вакцинированных МРНК-вакцинами людей, и смотрят, как эта плазма действует в отношении этих коронавирусных белков, насколько она эффективно их нейтрализует), даже в отношении чрезвычайно измененного белка, с которым организм до этого не сталкивался ни с точки зрения вакцинации, ни с точки зрения болезни, эта плазма переболевших и вакцинированных работает по-прежнему достаточно эффективно. Менее эффективно, чем в отношении уже известных линий штаммов, но значительнее эффективней, чем в случае с плазмой просто переболевших или просто вакцинированных людей.

- Гибридный иммунитет может помочь человечеству разорвать замкнутый круг пандемии?

Николай Крючков: Скорее всего, способен сделать это просто раньше. И без гибридного иммунитета, без вакцинации вполне понятно, что пандемия закончится. Другое дело, в течение какого времени она будет длиться, какое количество людей будет заражено и умрет. В данном случае, есть возможность завершить пандемию быстрее. Как один из выходов – формирование гибридного иммунитета. Даже негибридный иммунитет, иммунитет только после вакцины по-прежнему работает.

- Новые данные помогут убедить тех, кто не привился, сделать это?

Николай Крючков: С точки зрения науки – да, это дополнительный аргумент в пользу того, чтобы переболевшие как минимум одну инъекцию МРНК-вакцин делали, чтобы у них формировался гибридный иммунитет. Это дополнительный аргумент в пользу вакцинации переболевших. Другое дело – дойдет ли эта информация до целевой аудитории.

- Есть люди, которые не видят смысла в вакцинации из-за того, что у них высокий титр антител после болезни. Как с ними быть?

Николай Крючков: Когда мы говорим о высоком титре антител, надо понимать – что такое высокий, что такой средний и низкий титр. Сегодня нет в науке точного понимания, какое количество антикоронавирусных антител считать высоким, очень высоким, средним или низким, и при каком количестве нужно вакцинироваться. Поэтому, даже несмотря на введение международного стандарта в конце прошлого года и адаптации существующих тест-систем, валидации под этот международный стандарт, это тоже часть решения проблемы, но не полностью решает озвученную проблему. Поскольку мы не знаем, на каких уровнях антител можно вакцинироваться, то именно поэтому рутинное применение антительного тестирования людьми, которые задумываются о вакцинации, не имеет особого смысла. Что вы точно можете понять – есть эти антитела у вас или нет. Если результат отрицательный, вопросов нет, необходимо вакцинироваться – с инфекцией вы не сталкивались. Если результат положительный, непонятно, если у вас будет результат, например, 500 международных единиц на миллилитр, – это достаточно, чтобы вакцинироваться, или достаточно, чтобы не вакцинироваться? Непонятно, с какого уровня начинается защита, при этом она будет явно зависеть от других характеристик человека: от пола, возраста, сопутствующих заболеваний. Пока эти данные не получены, пока мы не можем их применить в широкую клиническую практику, я рекомендую по прошествии шести – семи месяцев переболевшим вакцинироваться. Да, есть такой риск, что лично вы пользу от этого не получите, но, я думаю, риск не слишком большой.

Есть высокая вероятность, что лично вы пользу от этого получите, поскольку я напомню, что по результатам исследований, у 30% переболевших к шестимесячному периоду уже уровень антител становится отрицательным. Я не говорю о тех, у кого они условно положительные, недостаточные для защиты. Если все это суммировать, то значительное количество людей, которым абсолютно показана вакцинация после заболевания.

Да, есть небольшой процент людей, которым нужно переждать восемь – девять месяцев, но если вы это сделаете чуть раньше, ничего страшного не произойдет. Максимум риска, которого вы здесь несете, – это то, что вы лично не получите значительной клинической пользы, да, есть вероятность редких нежелательных явлений, как и после применения большинства других лекарственных препаратов. Напомню, что эта вероятность крайне низкая.

- Нужна ли для поддержания гибридного иммунитета ревакцинация? Когда ее нужно делать?

Николай Крючков: Сейчас речь идет о первой вакцинации после заболевания или о ревакцинации после первой вакцинации. Речь не идет о вакцинации, например, второй, третий, пятый раз после заболевания. Речь не идет о ревакцинации второй, третий, пятый раз. Сейчас мы говорим, что человек переболел, прошло шесть – семь месяцев: что ему делать? Надо ли ему вакцинироваться – это первое, и второе – человек вакцинировался полностью, например, двумя дозами векторных вакцин, также прошло шесть – семь месяцев: нужно ли ему ревакцинироваться? В обоих случаях рациональный ответ – да. При этом мы не знаем, как это будет работать, если еще пройдет полгода или год, нужно ли будет сделать это повторно? Здесь исследования идут на эту тему.

С учетом накопленных данных о том, как себя ведут антитела, клетки иммунной системы, вообще специфический иммунитет, исследования безопасности вакцин, которые проведены, эффективности первой вакцинации или вакцинации переболевших, вот это исследование, о котором мы говорили, – все они говорят, что если есть возможность, если в стране есть вакцина, и нет возможности проведения широкомасштабных вакцинационных кампаний в странах третьего мира, которые вообще не вакцинировались, если это невозможно, то лучший выход для людей, живущих в данной стране, это ревакцинация или вакцинация после перенесенного заболевания.

comments powered by HyperComments