Две волны одной болезни: как теперь протекает коронавирус?

17:35 02/09/2021
ФОТО : МТРК «МИР»

Британские ученые выяснили, как со временем изменились симптомы COVID-19. Почему отсутствие обоняния – не признак коронавируса, телеканалу «МИР 24» рассказал врач-вакцинолог, инфекционист Евгений Тимаков.

- Вместе со штаммами менялись симптомы. Например, в начале пандемии потерю вкуса, запахов, сухой кашель считали симптомами ковида. Эти признаки еще можно считать показательными?

Аллергия, коронавирус или ОРВИ?
Евгений Тимаков: Именно эти симптомы сейчас уходят на второй план, потому что инфекция видоизменяется, подстраивается под наш организм, как и мы подстраиваемся под нее, вырабатывая иммунитет и специфические клетки памяти. Коронавирус приобрел такие свойства, что для заражения нужно меньше вируса, он проникает в наш организм через клетки. Маскируясь от антител и от первичного, неспецифического иммунитета, когда входит вирус в организм, он теперь часто не вызывает сильных подъемов температуры, бывает просто насморк, боль в горле. Так как он размножается на рецепторах, которых находятся в кишечнике, еще и расстройство стула с болями в животе. Высокая температура может не формироваться.

Потеря обоняния – симптом, который был вначале на уханьский штамм, на итальянский, в данный момент уже не является специфичным симптомом. Процентов 20 – 30 пациентов реагируют потерей обоняния. Сейчас больше на первое место выходят насморк, боль в горле, подкашливание, усталость, головные боли и расстройство стула. При этом вирус стал более типичным по двухволновому течению заболевания. В начале, когда он внедряется, он вызывает определенные местные изменения, потом он уходит от иммунного ответа, организм не воспринимает вирус как чужеродный агент, если в данный момент нет иммунитета к вирусу.

Если есть иммунитет, он сразу будет инактивирован. Если нет, вирус уходит к иммунному барьеру, пациент чувствует себя спокойно, будто не болеет, все стабильно, небольшая усталость сохраняется только, температурная реакция снижается, и на 8 – 10 день болезни появляется вторая фаза заболевания, когда вирус уже поражает многие наши клетки во многих органах, потому что он размножается во всех органах и тканях, в том числе в ЦНС, в репродуктивных органах. Организм понимает, что внутри патологический агент, и начинает резко вырабатывать иммунитет. Возникает тот самый цитокиновый шторм и резкое поражение наших органов. Чтобы избавиться от вируса, нужно не только выработать факторы иммунитета, а еще уничтожить клетки, в которых размножается вирус. То есть мы видим за три – четыре дня резкое ухудшение состояния, когда пневмония с легкой степени течения переходит в тяжелую, вплоть до реанимации. Этим вирус стал более опасен, он стал более коварным, стал обходить наши барьеры.

Именно поэтому стоит вопрос сейчас, так как лекарств пока против коронавируса нет, чтобы его нейтрализовать и инактивировать, нужно, чтобы в организме были готовые активные вируснейтрализующие антитела.

- К классическим признакам добавилась головная боль. Говорит ли это о том, что болезнь стала атаковать нервную систему?

Евгений Тимаков: Он раньше атаковал нервную систему, только раньше мы видели проникновение через обонятельные луковицы. Сейчас пути проникновения коронавирусной инфекции видоизменились, но полных данных нет влияния на нервную систему. Влияние самого штамма «дельта» гораздо более выражено, чем предыдущая генерация.

Выявлены уже воспаления головного мозга – энцефалит, выявлены значительно выраженные нарушения со стороны когнитивных способностей человека – психической сферы, значительно влияет на память коронавирусная инфекция, очень тяжело и длительно протекает нарушение кровоснабжения ЦНС, очень сильные головные боли длительно могут протекать – по несколько месяцев, много отсроченных инсультов, если мы говорим про ЦНС. Коронавирус стал гораздо более агрессивным по отношению к нервной системе и более активно ее атакует на более длительный срок, это, действительно, так.

- Симптомов коронавируса очень много. Любое недомогание может указывать на коронавирус?

Евгений Тимаков: Это так, поэтому тяжело его дифференцировать. Когда приходит сезон ОРВИ, уже появляются сезонные ОРВИ – люди возвращаются из отпусков, идет потихоньку рост заболеваемости, не связанный с коронавирусной инфекцией, они очень сильно маскируются друг под друга. Зачастую выявить коронавирус можно, сдав анализ, который у детей не всегда дает положительный результат, потому что вирус у них выделяется меньше, и он выделяется не такой длительный срок. Если не поймать срок выделения вируса, то мы можем у детей не распознать. То же самое бывает у взрослых, если не вовремя сдать анализы. Это опасно, потому что от обычного ОРВИ его отличить тяжело, а лечение у коронавируса нужно начинать незамедлительно, чтобы не было второй волны всплеска заболеваемости и ухудшения состояния.

Несмотря на то, что специфических препаратов нет, есть препараты, которые помогают справиться легче с этим заболеванием, которые стабилизируют это состояние. Я считаю, что ПЦР-диагностика и сбор эпидемиологического анамнеза, кто болел дома из окружения, был ли у кого-то коронавирус, имеет первостепенное значение сейчас.

- Господство штамма «дельта» долго будет продолжаться?

Евгений Тимаков: Он будет минимум до нового года, до середины декабря, потом мы увидим стабилизацию процесса, и дальнейшие всплески заболеваемости будут зависеть от того, смутирует ли вирус, как долго будет сохраняться иммунитет у нас. Если мутации не будут выраженными, то будут просто сезонные – осенние, весенние подъемы заболеваемости незначительные; если будет мутация, дальше будет зависеть от того, какой будет мутация, будет ли четвертая, пятая волна.

- Каким образом вакцинация могла повлиять на появление новых штаммов?

Евгений Тимаков: Новые штаммы коронавируса появляются у тех людей, которые не могут создать стерильный иммунитет, когда вирус проходит к человеку и передается от человека к человеку, когда он не уничтожается в организме, когда он находится там длительно. Третье – когда очень большое количество людей носит этот вирус.

Вакцинация создает стерильный иммунитет, то есть человек заражается вирусом, вирус дальше в большинстве случаев не передается и убивается очень быстро – в течение пяти – семи дней, в отличие от настоящего коронавируса, который может месяц там находиться. Вакцинация стимулирует иммунитет, соответственно, нет иммуносупрессии, вирус не может обойти наши иммунные барьеры, не может и смутировать активно.

Когда у нас меньше источников инфекции, мутации вируса сходят на нет. То же происходит и с другими инфекциями. Уже давным-давно инфекции, от которых мы делаем прививки на протяжении многих десятилетий, – корь, краснуха, паротит, не имеют возможности мутировать, потому что нет эпидемий больших, у них остается стабильный штамм на том уровне, который был 30 лет назад.

То же будет с другими инфекциями, если у них не будет возможности передаваться от человека к человеку, они будут составлять небольшие вспышки.

- Создатели вакцин заявляют, что их препараты могут бороться и с новыми штаммами коронавируса. Вакцинация – единственный выход?

Евгений Тимаков: Это так, потому что коронавирус мутирует в различных своих участках. Основные участки нужны для связи с рецептором, с которым он заходит к нам, связывается с нашей клеткой. Мутации в RBD-домене незначительные. Так как у нас вырабатывается иммунитет к spike-белку, который натуральный, то есть на все компоненты изначального вируса, формируются антитела к RBD-домену, то есть часть антител сохраняют свою вируснейтрализующую активность. Пока эффективность вакцин будет больше 60 – 70%, смысла менять их на другие нет. При этом уже есть вакцины, которые адаптированы под «дельта»-штамм. Если в этом будет необходимость, производство будет поменяно, бустер-дозы, дополнительная вакцинация, которая проводится через полгода или год после первичной, которая будет формировать иммунитет дополнительно к новым видам коронавируса.

- Когда в России появится коллективный иммунитет?

Евгений Тимаков: С теми темпами вакцинации, которые сейчас есть, коллективный иммунитет в ближайший год точно не появится. Люди, которые перебаливают коронавирусной инфекцией, она обходит иммунные барьеры, формирует иммунитет, к сожалению, не такой стойкий, как мы изначально надеялись. Мы видим, что человек заболевает и второй, и третий раз, а вот вакцина формирует более стойкий иммунитет – как минимум, в полтора раза он эффективней.

Количество вакцинированных людей у нас – всего 30%, это не такое большое количество, чтобы создать популяционный иммунитет. Поэтому те, кто будут иммунитет терять, и не будут делать ревакцинацию хотя бы одной дозой вакцины после болезни, будут заболевать повторно. Если ревакцинация будет проходить, мы создадим коллективный иммунитет. Хотелось бы, чтобы хотя бы к весне он сформировался. До нового года, боюсь, это будут слишком оптимистичные прогнозы.

comments powered by HyperComments