Дмитрий Нагиев: Я всю жизнь пытаюсь избегать банальностей. ЭКСКЛЮЗИВ

16:09 20/02/2021

Героем программы «Культ личности» на телеканале «МИР» стал актер Дмитрий Нагиев. Он рассказал о процессе съемок нового фильма «Спасите Колю!», а также о том, как часто на съемочной площадке получают травмы и почему не стоит жаловаться тем, кто попал в эту профессию.

В прокат выходит фильм с вашим участием. Вы там классический, жесткий военком, который растит дочь. Вот эта вечная тема отцов и детей – конкретно в вашем персонаже как показана? Какие сложности у персонажа при общении с дочерью?

Нагиев: Дело не в сложности, дело в том, что я всю жизнь пытаюсь избегать банальностей. Когда вы сказали о вечных проблемах, я задумался – не получилось ли у нас банально? Еще одна попытка рассказать о проблемах отцов и детей? Я сам себе ответил: «Нет, не получилось». Я хотел сделать не банально, а оригинально. Человека с характером. Я во время работы настаивал в разговоре с молодыми артистами на том, что самое ужасное, чем грешит наш кинематограф, это «масочность». То есть некая маска – мы сейчас покажем вот такого страшного бандита, а какая судьба у него? Черт его знает. Здесь, мне кажется, удалось легкими мазками сделать людей с судьбами, со своими переживаниями, со своими трагедиями, со своим юмором. Больше всего надеюсь, что получилось хоть и легкая, в силу нехватки бюджета, местами совсем легкая, но небанальная картина.

Вам в жизни свойственна такая гиперопека, как у вашего персонажа? Вы считаете, она нужна вообще при общении с подростками, со взрослыми детьми?

Нагиев: Возможно, я стал чуть умнее, чем герой. Потому что я почитываю книжки, которые ему по долгу службы просто некогда и не полагается читать. Поэтому я стараюсь опекать, но мне хватает ума понимать, что мои дети – это не я сам. Хоть они и называются моими, но на самом деле они абсолютно сами по себе, нуждающиеся в моей опеке, но не нуждающиеся в том, чтобы стать мной.

Я знаю, что съемки проходили в Ленинградской области. В очень красивых местах.

Нагиев: В каких красивых местах?

Я видела трейлер, и мне показалось, что все там очень красивое.

Нагиев: Это когда они натуру выбирали. Поэтому показалось красиво, этот прекрасный берег. Мы тоже в первый день приехали: «Боже, как красиво и все снежком припорошено. Вот это прямо Балтийское море. И этот домик стоит». К утру следующего дня рай закончился.

А что случилось?

Нагиев: Страшные ветра, колючий дождь со снегом. Из этого Балтийского моря пошли вдруг эти серые льдины, которые похожи на хребты умерших китов. Ходить невозможно. Лед везде. Я так давно не сталкивался с тем, что всей съемочной группе закупали «кошки» на ноги. Потому что невозможно двигаться. Наш режиссер Губарев решил один раз выйти в обеденный перерыв без «кошек» на бережок, чтобы полюбоваться этой красотой. Через 30 минут его нашли внизу, он весь был в кофе. С рассеченной головой.

Тем не менее вам больше нравится сниматься в павильонах?

Нагиев: Мне вообще не нравится сниматься. Мне нравятся звонки в дверь от бухгалтера и фраза: «Вот ваши деньги». Работа – вообще не мое. Сейчас я приехал с Объединенных Арабских Эмиратов, где снимался. Все хорошо – и Арабские Эмираты хороши, и солнце, и море. Как съемки – хоть из профессии уходи. Не мое это вообще.

Снимались вы с молодыми актерами. Вы как старший давали им какие-то свои наставления? Как вы с ними работали?

Нагиев: Я меньше всего нуждаюсь в том, чтобы давать кому-то наставления. Если очень тоненько подсказываю актеру и вижу, что ему это не надо, я отстаю сразу. Мне очень повезло здесь с молодыми актерами, ибо [Анна] Родоная, Ваня [Писоцкий] и второй Ваня [Злобин] – они все, раскрыв рот, слушали, не потому что я гений, хотя это тоже не исключено, а просто у меня опыта больше. Я понимаю, что это крупный план и «перестань тут своими глазками лупать». Это я так с актером общаюсь. Они прямо молодцы. К концу съемочного периода, когда приехали еще более молодые на какие-то небольшие сцены, я увидел разницу между этими, которые понимают, что такое съемочный процесс, и еще теми совсем неоперившимися. С молодыми повезло, клянусь. Не всегда так говорю, потому что молодые очень часто себе придумывают некую богемную жизнь, еще ничего не сделав. Еще ничего ты не сделал в этой жизни, а уже приезжаешь на таких «цырлах». Я вспоминаю счастливые годы работы с [Людмилой] Гурченко, когда она приезжала с поезда и через 15 минут была готова войти в кадр. Эти чудеса остались в прошлом. Я пытаюсь не забывать свои корни.

Это профессионализм, конечно же. Сейчас многие актеры начинают пробовать себя в режиссуре. У вас такие мысли не возникали?

Нагиев: Нет, это не мое. Я сочувствую многим коллегам, которые попробовали себя в качестве режиссеров. И это все мимо кассы. Мне, как это ни странно, часто предлагают что-то снимать. Я еще не созрел. Может быть, даже перезрел. Может быть, не созрею никогда. Это первое, а второе – степень тщеславия не позволяет мне зайти с той стороны камеры и снимать какую-то бездарность.

В общем лучше заниматься своим делом. На телеканале «МИР» начинается показ телесериала «Пилот международных авиалиний». Это приключение с поиском сокровищ, банды, расследования. Вы там играете майора отдела наркоконтроля и расследуете гибель жены пилота. Скажите, зачем ваш герой ввязался во всю эту историю?

Нагиев: Я играл глубоко влюбленного и глубоко порядочного человека. Может быть, сейчас сочетание «глубоко порядочный майор» выглядит несколько забавно, но, тем не менее, я пытался это тогда делать. И вот на тот день сериал, кажется, получился.

Я знаю, что в то время вы даже получили какую-то травму, но продолжали сниматься. Что это за травма была?

Нагиев: Травмы – постоянная история. Я о них даже не говорю. Вот вам прямо со вчерашнего дня гематома на колене.

Это где?

Нагиев: Это тоже съемки. Поэтому пока еще я держусь и заставляю себя не жаловаться. Потому что у меня перед глазами фотография этих шахтеров, которые едут чумазые с забоя. Вот это работа. Поэтому жаловаться о своих травмах мне просто совестно.

comments powered by HyperComments