Спелеолог рассказал о правилах посещения пещер

21:08 18/12/2020

Экскурсия по Сьяновским пещерам в Подмосковье, где раньше добывали известняк, обернулась стрессом для туристической группы, которая несколько часов не могла найти выход. Инструктор при этом остался снаружи. Какие правила безопасности были нарушены и как себя вести в таких случаях, телеканалу «МИР 24» рассказал президент Российского союза спелеологов Геннадий Самохин.

- Какие правила безопасности были нарушены?

Геннадий Самохин: Есть целый ряд ограничений для посещения пещер. В России известно более пяти тысяч пещер – вертикальные, горизонтальные, подводные – для них есть правила посещения. Мы говорим об искусственных пещерах, которые существуют практически в каждом регионе, – это каменоломни или штольни заброшенные, которые не действуют.

Для посещения таких объектов, которые являются лабиринтовыми, есть ограничения. Важны взаимоотношения с контролирующими органами от МЧС, от Союза спелеологов. Самовольное посещение не рекомендуется. Но есть множество грибников, мы знаем, что летальных исходов среди людей, которые потерялись при поиске грибов, при походе за грибами очень много. Но нет ни одного летального исхода, когда один человек или группа терялись в пещерах в России.

Да, могли потеряться на два – три часа, были случаи (я лично участвовал в спасательных работах на Западной Украине, когда в пещере Озерной были около трех суток поиски человека), когда человек зашел в неизвестную часть пещеры из известной, мы не могли его найти, потому что не знали эту часть. Он потом он сам вышел. Но ситуации могут возникать.

Мы понимаем, что стресс был, но летальные исходы невозможны в таких ситуациях, только если самим не начать жечь костер под землей. Например, в штольнях Самарской области люди жгли костры и задыхались. Это уже человеческий фактор недопустимого поведения.

- Протяженность ходов в Сьяновских пещерах – 19 км. Температура внутри – около 10 градусов. Чтобы провести там день, нужна подготовка?

Геннадий Самохин: Подготовка – нет, но нужна специальная одежда. Нужно быть обычными спортивными людьми, которые ходят в горы, в походы. Плюс 10 градусов, высокая влажность, но в России напугать температурой плюс 10 смешно – тепло оделся и не проблема. В шортах никто не заходит в такую температуру. Теплая одежда – комбинезон, каска должна быть обязательно, потому что человек может удариться головой, может получить травму, должны быть два источника света у каждого человека. Если один источник сломался, ты включил второй и двигаешься в обратном направлении, потому что у тебя остался один источник света.

- Какой инвентарь должен быть?

Геннадий Самохин: Для лабиринтовых пещер крайне желательно, чтобы инструктор хорошо знал местность. Если он не очень четко понимает, где находится, должна быть топографическая схема пещеры, компас, чтобы он ориентировался, куда идти в сторону выхода. GPS не работает под землей, но компас работает.

Если инструктор прекрасно знает территорию, маркировку, которая существует практически в каждой лабиринтовой пещере, то обычно специалисты не берут с собой ничего, кроме освещения и карты.

- Как выяснилось, никто из властей об этой экскурсии не знал, инструктор оставил объявление в социальной сети. Проконтролировать такие экскурсии нельзя?

Геннадий Самохин: Можно ли считать незаконным поход в лес за грибами или на пикник? Неужели мы должны регламентировать любой шаг человека из города? Это абсурд. То же самое с пещерами. Да, есть ограничения для посещения: источник света, одежда, но когда ты за грибами идешь, ты тоже сапоги и теплую одежду надеваешь.

В СССР все туристические выходы должны были регистрироваться контрольно-спасательными службами, сейчас таких ограничений нет. Но крайне желательно регистрировать любой экскурсионный туристический выход в МЧС либо в КСС.

- После этого случая губернатор Московской области распорядился закрыть все доступные входы. Это правильно?

Геннадий Самохин: Категорически нет. Самое простое – никого не выпускать. Нужно сделать такие условия, чтобы молодежь посещала пещеры, исследовала. Все ругаются на поколение, которое сидит в телефонах и не выходит из дома. А здесь реальные мероприятия, общение между людьми, открытие нового – и это запрещать? Нужно поддерживать и развивать молодежные спортивные клубы, спелеоорганизации, спелеосекции. В Москве около десятка спелеоклубов, спелеосекции есть детские – давайте их поддерживать, помогать им, тогда будут грамотные специалисты водить, а не просто люди, которые случайно пришли, увидели, что есть каменоломни, и решили прогуляться. Запрещать точно не нужно.

- Сколько подобных объектов в России? Какие самые опасные?

Геннадий Самохин: Всего объектов в России около пяти тысяч. В основном, это база данных по естественным пещерам, мы сейчас говорим об искусственных. Искусственных очень много. Известных пока пять тысяч. Но база данных постоянно пополняется, мы постоянно расширяем круг наших знаний об этих объектах, ведется кадастр – спелеоатлас, который создан Российским союзом спелеологов и РГО.

Градации опасности нет. Любая пещера, любое дерево, любая улица опасны. Есть ли градация опасных дорог, лесов? Так же и градации опасных пещер нет. Чем более доступная пещера, и в ней есть определенные препятствия, например, лабиринтовость, да, это может создавать потенциальную угрозу. Но градацию невозможно сделать.

comments powered by HyperComments