Денис Драгунский: С восьмого класса школьники должны читать всю художественную литературу. ЭКСКЛЮЗИВ

07:00 10/11/2020
ФОТО : МТРК «МИР»

Законодательство обязывает театры, издательства, киностудии маркировать свою продукцию в соответствии с возрастом. Например, «Тихий Дон» входит в школьную программу, а в магазинах маркируется «18+». Если книгу продадут школьнику, магазин могут наказать. Что не так с маркировкой, как в школьную программу попали книги «18+» и как должны измениться нормы закона, телеканалу «МИР 24» рассказал писатель Денис Драгунский.

- Почему одна и та же книга может быть в школьной программе и одновременно в магазинах продается с маркировкой «18+»? Что это за ситуация?

Денис Драгунский: Это безобразие, на мой взгляд. Маркировать книжки, может быть, и нужно. В советское время книжки и фильмы тоже маркировались, но такого безумия не было. Я помню, что маркировались книжки для маленьких. Было написано: «Для самых маленьких», «Для младшего школьного возраста», «Для среднего школьного возраста» и «Для старшего школьного возраста». Например, Жюль Верн шел для старшего школьного возраста, а Носов «Витя Малеев в школе и дома» или «Веселая семейка» – для среднего возраста».

«Денискины рассказы» моего покойного отца шли для младшего школьного возраста. Ясно, что их в детском саду никто не читал. Это носило чисто рекомендательный, а не полицейский характер, чтобы родители или педагоги в детском саду, в школе просто ориентировались на эти книжки, если они сами их не читали или первый раз их видят. Были фильмы, на которых было написано: «Детям до 16-ти вход запрещен».

Меня ужасно смешит маркировка «16+» или «18+». Я бы хотел поговорить с человеком, который объяснил бы разницу. Я понимаю, что это книжка для детей и книжка для взрослых, но разница между 16-ю и 18-ю годами в восприятии ребенка – у меня не получается придумать, что там должно быть. Почему «Тихий Дон» – это «18+», а «Судьба человека» – наверное, «16+». А «Поднятая целина» куда, вы не знаете? Тоже, наверное, «18+». Думаю, что с этим пора заканчивать: в законодательном плане эти маркировки просто отменить.

- Что не должны читать школьники?

Денис Драгунский: Все должны читать. Школьники должны читать все, начиная с восьмого класса, все, что написано в художественной литературе. Самое смешное другое. Что значит – не должны читать? Каждый закон хорош постольку, поскольку он выполняем. Допустим, магазин оштрафуют или прикроют на 90 дней – отлично. А если 16-летний школьник придет к своему 19-летнему другу-студенту и попросит у него почитать «Тихий Дон»? Что с этим студентом? Его тоже оштрафуют?

- Хороший вопрос.

Денис Драгунский: Если у меня на полке стоят эти книги, а у меня есть 14-летний ребенок, я должен ружье держать? Как говорят, что оружие должно находиться в металлическом шкафу, замок должен быть. Я должен книжки держать под замком? А какой-то дядя или тетя будут приходить ко мне домой и проверять замки, смотреть, что лежит на столе у моего сына? Товарищи, ну не надо вкатываться в абсурд.

- Я знаю историка кино Михаила Трофименкова, который рассказывал, что ему в детстве читали «Бравого солдата Швейка» вместо сказок.

Денис Драгунский: Так тоже бывает. Это выбор родителей. Статистически получается, что все дети в среднем читают сначала детскую литературу, потом подростковую, а потом взрослую. Выбросы в ту или иную сторону тоже случаются, но не надо пытаться все отрегулировать. Я не понимаю, чего хотят добиться запретами на Шолохова для 17-летних.

- Но его изучают в школе.

Денис Драгунский: Получается, между двумя законами – «Об образовании» и о маркировке – коллизия. Верховный суд эту коллизию должен был решить очень давно: либо выкинуть Шолохова из школьной программы, либо снять маркировку.

- Может быть, убрать эту маркировку «0+», «16+»?

Денис Драгунский: Особенно «0+» меня умиляет. Грудничку вслух можно читать «Лолиту» и что хотите – он все равно ничего не поймет. Очевидно, от нуля до двух лет – самый безопасный возраст для чтения вслух любой литературы.

- Может, оставить «18+» и снимется вопрос, что есть литература, которую можно читать детям, подросткам, а есть взрослая литература?

Денис Драгунский: Что такое «можно»? Хорошо с водкой. Есть закон о спаивании малолетних, есть то, что им не продают выпивку в магазинах. У нас с 18-ти лет, а в США с 21-го года – это контролируется. Как контролировать этот закон, я не знаю. Я против такой маркировки. Надо писать сзади рекомендательные вещи, типа «Для старшего возраста», «Для школьного возраста», «Для дошкольного возраста», но не больше.

comments powered by HyperComments