Валерий Лимаренко: На Сахалине в период пандемии железная дисциплина и самодисциплина. ЭКСКЛЮЗИВ

14:39 13/05/2020
ФОТО : Сергей Красноухов/ТАСС

Сахалинская область 18 мая планирует начать второй этап снятия ограничительных мер, связанных с коронавирусом. Региону удалось предотвратить распространение инфекции. Об экономике периода пандемии, о создании обсервации для зараженных, о пропускной системе для тех, кто приехал трудиться, и о том, какие проблемы возникли на Сахалине в период пандемии, телеканалу «МИР 24» рассказал губернатор Сахалинской области Валерий Лимаренко.

- С 12 мая Сахалин и Курильские острова начали постепенный выход из режима самоизоляции. На первом этапе что открылось?

Валерий Лимаренко: Две недели назад мы открыли парикмахерские, до этого работали все продовольственные магазины. У нас работала вся экономика, я имею в виду, газонефтедобыча, рыба, добыча угля. У нас работала вся энергетика, весь транспорт, то есть 97% населения у нас работало, 3% сидели дома из числа работающих – в основном торговля, туристический бизнес и так далее. С 12 числа мы открыли отдельно стоящие промтоварные магазины, стадионы, спортивные учреждения, мы разрешили 11-классникам выйти в школы.

С 18 числа, если все будет благополучно на этой неделе, готовимся открыть дополнительно торговые центры. Мы хотим аккуратно до конца месяца вывести весь сервис, все бытовые услуги на 100-процентную работу.

- Второй этап выхода из самоизоляции на Сахалине планируется начать 18 мая?

Валерий Лимаренко: Совершенно правильно.

- В Сахалинской области темпы прироста заболеваемости – одни из самых низких в стране. Как Вам это удалось?

Валерий Лимаренко: У нас эпидемии на территории Сахалинской области нет, болезнь не передается от человека к человеку. Нам удалось удержать эту ситуацию с первого дня. Все больные (у нас 46 человек всего заразились, 25 выздоровели, сейчас болеет 21 человек) у нас приезжие, они привезли с собой вирус. Куда бы они ни приехали, в аэропорт или не пришли бы морем, а у нас 8 точек въезда в Сахалинскую область, во всех этих точках существует строжайший контроль и надзор. Как он работает? Человек выходит из самолета и сразу попадает на тестирование. Когда происходит тестирование, в течение 15 минут понятно, болен он или нет. Так называемых подозрительных сразу отправляем в госпиталь инфекционный. Всех людей, которые прошли с отрицательным результатом, отправляем в обсервацию. Кто живет на Сахалине, сидят дома на обсервации 14 дней, остальные живут в гостиницах или в приспособленных домах отдыха.

У нас сейчас практически все гостиницы заняты под обсервацию, там живет приблизительно 1600 человек, 3500 сидят по домам. Люди, которые болеют, переносят легко, потому что болезнь обнаруживается на самой ранней стадии, излечиваются они в течение двух недель. Такой процесс у нас: 46, 25, никто, слава Богу, не умер. Дай Бог всем здоровья.

Но у нас возникли проблемы: к нам приезжают люди просто так, может быть, где-то работу найдут. Они приезжают с вирусами. Мы приняли решение сделать электронные пропуска для тех, кто приехал трудиться. Мы не можем отказаться от трудовой миграции, у нас большой серьезный бизнес. Если люди не смогут попадать на предприятия, это все закончится. Это 15 млрд долларов в год, экспортная продукция, от нее зависит пополнение федерального, областного бюджета – серьезные государственные дела. Конечно, мы должны организовать работу трудовых ресурсов, и мы это сделали. Это тысячи людей, которые перемещаются. Мы поставили систему, которая позволяет среди этих тысяч найти тех, кто болен, работаем таким способом.

Народ очень дисциплинированный, что мне очень приятно сказать. Правила все знают, как нужно вести себя на улицах, в автобусах, в магазинах. Идеальных ситуаций не бывает, но население придерживается этих правил, это основа успеха. Каждый день полиция посещает тех людей, которые находятся на обсервации. 3% людей, по нашей статистике, не соблюдают правила и нормы. Когда их проверяют, их где-то может не быть. Но 3% – цифра небольшая, которая позволяет нам все держать в железных рукавицах. Кроме того, в обсервациях люди находятся под охраной, в основном, это полиция или Росгвардия.

У нас были случаи неприятные и смешные одновременно. Люди ехали назад с КТ, а вся обсервация всегда заканчивается компьютерной томографией – это последний тест, единственный тест, который реально определяет, болен человек или нет, потому что все промежуточные тесты дают отрицательный результат в основном. Когда приезжают на КТ, она стопроцентная у нас, все проявляется, но не в первый день, а через какое-то время. На 12-13 день, перед самой выпиской, делается проверка. У нас умудрился один автобус остановиться у магазина, и 40 человек пошли покупать продукты. Конечно, мы оштрафовали всех этих людей, сняли с работы тот персонал, который их сопровождал. Откуда мы узнали? Человек бдительный проследил, увидел эту ситуацию, он возражает против нарушения дисциплины, немедленно сообщил. Общество зрелое и способно жить в условиях пандемии длительное время.

Мы рассчитываем на то, что если будет продолжена эта история, мы сможем полноценно жить в этих условиях, соблюдая правила и нормы.

- Вы не опасаетесь, что из-за ослабления режима самоизоляции может вырасти заболеваемость коронавирусом?

Валерий Лимаренко: Мы опасаемся, поэтому мы ужесточаем требования: появились пропуска, жесткий контроль, правила, как себя вести в магазинах, школах. Все это контролируется. Более того, у нас существует цифровая система безопасности. Мы в Южно-Сахалинске можем видеть каждого человека, который движется по улицам, подходящих к подъездам, потому что везде камеры. Вся информация о людях, которые находятся в обсервации, существует у нас, есть разрешение на обработку данных. Компьютер нам всегда подсказывает, кто нарушает правила. У нас железная дисциплина и самодисциплина.

- В каких условиях и в какие сроки в области может быть полностью отменен режим повышенной готовности?

Валерий Лимаренко: Вся экономика, мы рассчитываем, будет работать к концу мая, все образовательные процессы, спорт. Что касается объектов культуры, здесь большой знак вопроса. Думаю, рестораны будут работать. Мы вернемся к нормальной жизни, но будем понимать, что живем в условиях, когда мы должны очень бережно относиться друг к другу и соблюдать дисциплину эпидемиологическую. Мы думаем, что это может быть надолго.

comments powered by HyperComments