Одной ногой в раю: история блогера, пережившего ампутацию

09:04 15/06/2018
Одной ногой в раю: история блогера, пережившего ампутацию
ФОТО : Instagram.com / Cергей Кутовой

О Сереже можно сказать многое: что он – тот самый мальчик, который выжил, тот самый атлет, который мотивирует сотни российских парней на занятия спортом и тот самый блогер, который ежедневно рассказывает другим людям о жизни в инвалидной коляске. Но лучше всего за Сережу говорит его татуировка на правой ноге с надписью: «Одной ногой в раю».

Пять лет назад 22-летний Сергей Кутовой из Архангельска попал в аварию с грузовиком, пережил ампутацию, девять месяцев пролежал на больничной койке, и, несмотря на все трудности, смог стать успешным блогером, похудеть на 40 килограммов и найти любовь.

«Почему это случилось со мной?»

Моя история началась в 2013 году в Архангельске, в день, когда я возвращался с больничного домой.

Переходя дорогу с односторонним движением, я увидел, что передо мной остановились две легковые машины, и начал пересекать дорогу, не нарушая правил. Уже закончив переход, обернулся и понял, что в мою сторону мчится «КАМАЗ» – у него отказали тормоза, и, чтобы избежать столкновения с машинами, водитель выехал на обочину.

Следующие мгновения стерлись в одно: 15 метров грузовик протащил меня на капоте и на огромной скорости впечатал в столб. Ногу оторвало на месте. В момент столкновения она оказалась между бампером и столбом.

Спустя несколько секунд я очнулся. Боли не чувствовалось, но вокруг было много людей, шум, кто-то держал меня за голову и отчетливо говорил: «Просто не смотри вниз». Другие прохожие в этот момент звонили моим родителям и я услышал: «Ваш сын попал в аварию. Он жив, но у него проблемы с ногой». 

15 или 20 следующих минут мы не могли вызвать «скорую помощь» – дежурные по городу не брали трубку. Меня подобрала реанимация, которая случайно проезжала мимо. «КАМАЗ» прохожие отодвигали руками, потом погрузили меня на носилки, и врачи около часа пытались наложить жгут, чтобы остановить кровь. Именно благодаря тому жгуту мою жизнь и удалось спасти. От боли и шока я плохо понимал происходящее, но помню сильные кочки и боль в машине «скорой». Потом вспышка – свет в больничном коридоре, и на 10 дней я впал в кому.

Когда я очнулся, первой моей реакцией было: «За что? Почему это случилось именно со мной? Ведь я всегда пропускал бабушек, ведь я всегда помогал всем, кто меня просил!». 

После комы 

После выхода из комы я пролежал в больнице еще месяц. 16 дней из них мне с помощью гемодиализа запускали работу почек, которые отказали от последствий травмы. Ситуация была критичной, так что в какой-то момент мой брат-близнец Ваня даже был готов отдать свою почку для пересадки.

После приезда в больницу сразу после травмы мне попытались пришить ногу обратно, но она не прижилась, пошла гангрена, и повторной операцией ампутировали часть ноги еще выше – в области таза. После обеих операций наступили очень болезненные перевязки, которые было тяжело пережить, так как раны были открытые, и по всему телу пришлось наложить 37 швов.

Всего в больнице после травмы я пролежал 9 месяцев. В палате встретил свое 18-летие, последний звонок, выпускной из школы, поступил в институт. 

Восстановление заняло так много времени, потому что сустав уцелевшей ноги нужно было вытягивать, тазовые кости оказались раздроблены. Вытянуть тогда ногу так и не смогли, уже через год после выписки мы с семьей по квоте выбили операцию в Петербурге. Там мне поставили титановую кость, так что теперь я могу передвигаться на костылях, но не делаю этого, потому что не чувствую ступню и землю, на которую ступаю. 

Период в больнице дался тяжелее всего. Были постоянные осложнения, появлялись камни в почках, пролежни. Казалось, что всему этому не будет конца. Было бы круто, если бы тогда мне кто-то сказал: «Серега, у тебя через три года будет 400 тысяч подписчиков, ты будешь в крутой форме и будешь всех мотивировать», но я бы все равно в это не поверил.

Жизнь в новом теле

Весь этот тяжелый период рядом со мной был мой отец и брат, которые поддерживали меня словами и делами, показывали видео Ника Вуйчича. Единственное, в чем я дал слабину за это время – набор веса, потому что в больнице я ел все подряд и поправился до 120 килограммов.

Когда приехал домой и заглянул в зеркало, ужасно расстроился: толстый, лысый, без ноги. Все это одновременно меня и мотивировало: я хотел быть успешным, сильным, реализовывать свои возможности, дружить с красивой девушкой.

Изменения начались с питания. Сначала я изучил в интернете, как правильно питаться, потом постепенно дома начал отжиматься между двумя кроватями на брусьях. Отец поставил турник, на котором я ежедневно занимался. За несколько месяцев я скинул 40 килограммов, выставил в Instagram фотографию «до» / «после», и она попала в топ публикаций. Так параллельно начался мой блог о похудении, мотивации, травме, на который быстро начали подписываться люди. 

Я был рад приходу популярности в сети, потому что меня стали узнавать, появилась возможность зарабатывать деньги, я понял, что нужен людям и что им это интересно, многие стали присылать свои примеры того, как они худели вместе со мной.

Параллельно я общался со многими ребятами, которые, как и я, пережили травмы. Большинство из них не сдаются, работают, ищут себя: кто-то бьет татуировки, кто-то делает крутые шлемы ручной работы, кто-то ведет блог. Один из моих близких друзей – блогер Рустам Набиев, который лишился двух ног после обрушения казармы в Омске.

«Моя травма – это часть меня...»

С моей девушкой Ксюшей я познакомился в 2016 году в сентябре, когда у меня уже была аудитория примерно из 100 тысяч подписчиков. До живого знакомства мы три месяца общались в интернете. Оказалось, что в 90-х годах наши родители были знакомы друг с другом, поэтому Ксюшу спокойно отпустили сходить погулять со мной в кино. Там я взял ее за руку и на прощание поцеловал. С первой встречи мы стали парой.

Ксюша воспринимает мою травму адекватно, понимая, что эта травма – часть меня. Часто говорит, что не замечает того, что я без ноги, да я и сам не люблю гиперопеки, могу и пошутить на эту тему, и подурачиться. За мной не нужно ухаживать, и все основные задачи я выполняю сам.

За эти пять лет я успел два года позаниматься паралимпийским спортом – следж-хоккеем. Дважды участвовал в чемпионатах страны, но со временем отошел от этого, потому что, как и в любом спорте, в следж-хоккее успеха можно добиться только при условии, что будешь полностью себя ему посвящать.

Сейчас мне очень нравится медиа, ведение блогов. Воспринимаю это как профессию и уверен, что не каждый человек готов стать блогером, писать тексты, давать советы, делиться своей жизнью и воспринимать критику. Кстати, к негативу, который всегда случается в комментариях, отношусь спокойно, потому что главное то, что я думаю о себе и что думает обо мне моя девушка. Можно считать, что у меня выработался иммунитет.

О доступных городах 

В планах на ближайшее будущее у нас переезд в Санкт-Петербург. Ксюша поступает в университет, я буду заниматься бизнесом, развивать блог, вместе мы хотим открывать магазин по продаже одежды. 

Еще пять лет назад, когда я только получил травму, мой родной город Архангельск был очень неудобным местом для передвижения, но уже сейчас ситуация сильно меняется: появилось много пандусов, лифтов, удобных дорожек для коляски.

Москва в этом плане хуже, чем, например, Санкт-Петербург, потому что метро оказывается полностью неустроено для инвалидов. Питер более «дружелюбный» город в этом смысле: станции обновлены, на них всегда помогают спуститься и подняться сотрудники службы сопровождения, везде есть эскалаторы.

Сейчас я получаю пенсию по инвалидности первой группы – 12 500 рублей. Это моя самая главная претензия к государству, потому что жить на такие деньги невозможно, особенно когда ты молодой парень, когда ты хочешь что-то делать и чем-то заниматься. Да что там о делах, если сходить в магазин и купить еды на два дня никогда не выходит меньше 1000 рублей.

Хорошо то, что на дорогостоящие протезы выделяют квоты. Каждый из них стоит от 250 тыс до 1,7 млн рублей – все индивидуально в зависимости от возраста пациента и его активности. Мой протез, который я жду сейчас, стоит около полутора миллионов, но я не знаю, получится ли у меня его использовать, потому что мне будет тяжело его крепить на пояс и есть проблемы со второй ногой. Но я очень надеюсь, что у меня все получится.

«Все плохое компенсируется хорошим...»

Будь у меня возможность передать самому себе послание лет в 16-17, я бы попросил себя держаться и немного потерпеть, потому что все плохое компенсируется в несколько раз еще более крутым и счастливым. В будущем, лет через 10, я вижу себя человеком, не зависящим от своего финансового положения.

Я хотел бы сохранить хорошую физическую форму, продвигаться, самосовершенствоваться, осваивать новое, возможно, выступать перед другими людьми в качестве мотивационного оратора. Мечтаю о семье, троих детях, мечтаю о том, чтобы у меня появилось дело всей жизни.

Сейчас, по прошествии стольких лет, могу искренне сказать, что я полюбил себя. Я понимаю, что уже ничего нельзя изменить. Я такой, какой есть. Даже если бы сейчас мне кто-то предложил вернуть все назад, я бы отказался, потому что за пять лет получил опыт, который многие люди не получают за всю жизнь. Не будь этой травмы, я, возможно, так и не понял бы, для чего нужен в этой жизни. Тогда, в 2013 году я получил другое, новое осознание себя и своих возможностей.

Использованные в статье фотоматериалы размещены на официальном аккаунте героя в Instagram

Надежда Сережкина
comments powered by HyperComments