Россия и Китай как гаранты решения корейской проблемы

21:02 01/09/2017
ФОТО : Президент.рф

В преддверии саммита БРИКС 4-5 сентября в китайском Сямэне СМИ опубликовали статью Владимира Путина, где один из акцентов сделан на корейской проблеме. Какую роль Россия и Китай могут сыграть в урегулировании ситуации на Корейском полуострове? Этот вопрос на телеканале «МИР 24» обсуждают кандидат политических наук, профессор ВШЭ Дмитрий Евстафьев и политолог, эксперт Международного института гуманитарно-политических исследований Владимир Брутер.

- В своей статье президент отметил, что ситуация на Корейском полуострове балансирует на грани масштабного конфликта, и расчет на то, что ракетно-ядерную программу КНДР можно остановить исключительно давлением на Пхеньян, ошибочен и неперспективен. 29 августа КНДР запустила баллистическую ракету средней дальности в сторону Японии. Она упала в двух тысячах километров к востоку от острова Хоккайдо. И хотя прямой угрозы Японии не было, ситуация обострилась как никогда. Что мешает всем заинтересованным сторонам сесть за стол переговоров?

Владимир Брутер: Совершенно очевидно, что мешают Соединенные Штаты и Южная Корея. Они не собираются учитывать интересы других при решении северокорейской проблемы. Они собираются давить на Северную Корею до того момента, пока она не сдастся, пока Китай и Россия не убедят Северную Корею сдаться. Этот план у США на сегодняшний день единственный. 

В диалог США и КНДР

Дмитрий Евстафьев: Я думаю, что в действиях южнокорейского руководства начали проявляться отдельные признаки здравого смысла. Там начали понимать, что первыми жертвами «плана Б», когда что-то пойдет не так, будут именно они. Но, к сожалению, в действиях США здравого смысла на сегодняшний день проявляется очень мало. И очень серьезную негативную роль играет политическая риторика и инерция этой самой риторики. 

- А вы можете предположить, какие шаги могут быть прописаны в упомянутой президентом России «дорожной карте»?

Владимир Брутер: Это известно: Северная Корея отказывается от ядерной программы, от пусков ракет, США и Южная Корея отказываются от широкомасштабных маневров и признают факт существования КНДР. Но, судя по тому, что Трамп говорит о том, что время переговоров прошло, и оснований для переговоров нет, можно предположить, что «дорожную карту» Россия и Китай примут, а США, скорее всего, нет.

Дмитрий Евстафьев: Я думаю, что США публично не могут согласиться с «дорожной картой» хотя бы потому, что считают, что у них есть монополия на принятие решений по Корейскому полуострову. Но я думаю, что было бы очень правильно, если бы «дорожная карта» начиналась с «периода тишины». Потому что слишком много риторики, воинственных выкриков. И я думаю, что это самое неприятное для США и отчасти для Южной Кореи, потому что придется демонтировать львиную долю той политики, которую они проводили в последние полгода. 

- Несмотря на то, что весь мир следит за противостоянием США и КНДР, за заявлениями их лидеров, есть ощущение, что перспективы мирного решения проблемы во многом зависят от отношений в четырехугольнике Северная Корея-Япония-Китай-Россия. Владимир, какие сегодня в этом четырехугольнике отношения?

Владимир Брутер: Я думаю, что все северные соседи КНДР заинтересованы в том, чтобы ситуация была предельно демилитаризована. Но США не могут выйти из этой риторики. Для них это в значительной степени неприемлемо, и это будет означать, что США слабы, а Трамп просто лузер. Поэтому мне кажется, что роль России, Китая и Японии все-таки нельзя преувеличивать. Без того, чтобы США подошли к этой проблеме рационально, урегулирования как такового не будет.

Скандал в НАТО

- Дмитрий, а могут между собой договориться пусть не все четыре угла этого четырехугольника, а три – Япония, Китай и Россия? И вместе как-то оказать влияние на Вашингтон?

Дмитрий Евстафьев: Я не хотел бы сбрасывать со счетов Южную Корею. Если мы посмотрим на ситуацию в исторической перспективе, многие действия южнокорейского руководства были как минимум провокационными. И здесь я не стал бы сводить роль Южной Кореи к роли американской марионетки. Второе, с чем надо согласиться: ключи к разрешению этой ситуации лежат не в Вашингтоне, а в Пхеньяне. Поэтому нужно договариваться с северокорейским руководством, которое в целом ряде аспектов проявило себя вполне рационально мыслящим, в том числе и с точки зрения риторики. И вот как раз оно, в отличие от Дональда Трампа, может пойти на определенное смягчение, определенные компромиссы, но, естественно, при серьезной компенсации. Поэтому я считаю, что главные усилия должны быть направлены не на Вашингтон (там, я думаю, договариваться будет очень тяжело, а скоро, может быть, и не с кем), а именно на Пхеньян. 

- А Пхеньян пойдет на переговоры с Россией, Китаем и, самое главное, с Японией?

Владимир Брутер: Однозначно – да. Но он потребует компенсации. А вот с компенсацией получается тяжело. 

Дмитрий Евстафьев: Совершенно согласен с этим.

- Пхеньян потребует компенсаций в виде денег или каких-то преференций на международном рынке?

Владимир Брутер: В виде отказа от риторики, отказа от милитаризации с южной стороны. И потребуют в конечном итоге признания Северной Кореи как равноправного участника мирового процесса.

- Со своей стороны Япония рассчитывает, что после недавнего пуска ракеты Китай и Россия признают необходимость усиления санкций в отношении Пхеньяна. Между тем в России считают, что санкционное давление бесполезно, Китай такую позицию поддерживает. Что будет, если Россия и Китай все-таки поддержат санкции?

Дмитрий Евстафьев: Я думаю, что санкции против Северной Кореи уже на данном этапе непродуктивны. Последний цикл санкций, которые были поддержаны Россией и КНР, не привел ни к чему, кроме обострения ситуации. И есть основания полагать, что следующий, возможно, более жесткий, цикл санкций тоже будет контрпродуктивным. А главное, что чем больше санкций вводится, тем ближе вероятность военного решения. 

- Давайте предположим, что Китай присоединился к санкциям, перестал поставлять энергоресурсы. В Северной Корее, скорее всего, начнется голод. Не получится ли так, что после ужесточения санкций ракеты полетят не в океан, а по конкретным объектам, причем в разные стороны?

Владимир Брутер: Я прямой связи между этим не вижу, но также предполагаю, что Россия и Китай, согласившись с предыдущими решениями Совбеза, с вводом санкций, дали понять, что они поддерживают давление на Северную Корею, но до определенного уровня. Что же касается дальнейшего давления, то какой смысл Северной Корее сохраняться в переговорном процессе, если оказывают давление с разных сторон и при этом ничего не предлагают. А что Северная Корея получит, если она откажется от своей ядерной программы? Она получит то, что ее возьмут голыми руками. Именно такая логика у северокорейского руководства. Северная Корея требует компенсации, признания. Если она признания не получит, то санкции бесполезны. 

- Все-таки, на ваш взгляд, смогут ли Россия и Китай стать гарантами мирного урегулирования корейской проблемы?

Дмитрий Евстафьев: Я считаю, что могут, причем у России шансы на то, чтобы стать главным посредником в данном конфликте, больше, чем у Китая.

Владимир Брутер: Скорее всего, этого будет недостаточно, потому что США оставляют за собой право принимать все решения самостоятельно. И если у США сохранится нынешний подход к ситуации, то усилий России и Китая тоже будет недостаточно. 

- То есть, военный выход?

Владимир Брутер: Я думаю, что здесь есть варианты. Например, отложенные решения, внутриамериканская ситуация, то, что на сегодняшний момент военное решение не является доминирующим. Но в целом вероятность военного решения – 10-15%, что очень много.

ПОЗНАЙ ДЗЕН С НАМИ ЧИТАЙ НАС В ЯНДЕКС.НОВОСТЯХ

comments powered by HyperComments