Стараемся не болеть: как врачи и пациенты живут в эпоху ОМС

23:37 16/10/2016
Пять человек стали жертвами крупного ДТП в Подмосковье

Если хочешь быть здоров - плати. Российское правительство пытается решить, как закрыть финансовую дыру в здравоохранении. По информации газеты «Ведомости», есть предложения либо повысить страховой взнос на зарплату, либо заставить всех неработающих граждан платить за медицину. В 2017 году - 71 миллиард, в 2018 году - 196,6 миллиарда, в 2019 – 219,5 миллиарда рублей. Итого 487,1 миллиард рублей. Все дело в том, что, по информации издания, Фонду обязательного медицинского страхования не хватает денег. В бюджете фонда на 2017 год уже есть дыра в 71 миллиард. Всего же за три года дефицит составит почти 500 миллиардов рублей.

Эти деньги должны были пойти на повышение зарплат медикам. Зарплаты, согласно знаменитым «майским указам» Владимира Путина, должны быть в среднем в два раза выше, чем в целом по региону. Но чиновникам от медицины, по всей видимости, приходится выбирать - либо зарплаты, либо лекарства и оборудование для больниц.

Самая непростая ситуация в провинции. Там, как правило, доходы ниже, чем в Москве. Но принцип работы врачей никто не отменял: есть пациенты, которым необходимо помочь. Какова средняя температура в самой средней провинциальной больнице – смотрите в репортаже корреспондента телеканала «МИР 24» Ксении Крихели.

Единственная центральная больница в Ржеве, второго по значению города Тверской области, работает на грани экстрима – старые каталки, никаких аппаратов, даже тонометра нем. Туда везут больных из самых дальних сел и заброшенных деревень. «Всех принимаем. У нас зарплаты 5 тысяч. Коммуналка тоже 5 тысяч. Как жить?», - разводят руками медработники.

Зарплаты санитарок, медсестер и врачей маленькие. Но обязанностей меньше не становится. Все-таки клятву Гиппократа давали. «Оборудование старое. Увидят, что матрасик выбился, подойдут, кроватку поправят, низкий поклон им за это. Врачи работают с душой, с большим желанием», - говорит жительница Ржева Инна Крылова.

Болеет за дело и главный врач больницы Анатолий Бегларян. Получилось отстоять койко-места. Из 500 убрали только 100, а хотели половину. Удалось еще какой-никакой ремонт сделать.

«Все это мы делали за свой счет. Где-то выкраиваешь, где-то экономишь, на ремонт денег никто не выделяет», - говорит главный врач ЦРБ г. Ржев Анатолий Бегларян.

В городе Соликамске в 1800 километрах от Ржева проблемы те же. «Соликамская районная больница - учреждение с давней историей и замечательным коллективом. Я проработал в этой больнице три года», - рассказывает врач скорой помощи, бывший главный врач Центральной районной больницы г. Соликамска Андрей Лукьянченко.

Он не раз спасал медучреждение от закрытия, но сдался, когда финансирование сократили в два раза. Сейчас снова вернулся в скорую.

«Не только что-то закупать и что-то делать, элементарно не хватало денег на заработную плату. Когда я понял, что в августе не смогу заплатить людям зарплату, я понял, что виноват и должен уйти», - говорит бывший главный врач Центральной районной больницы Соликамска Андрей Лукьянченко.

Скудное финансирование - сегодня явление обычное. Врачи винят реформу здравоохранения, которая требует, чтобы медучреждение зарабатывало самостоятельно.

С советских времен деньги в больницы перечисляли только из бюджета. В 1990-х начал работать Фонд обязательного медицинского страхования. Тогда средства стали поступать по двум каналам - из бюджета и из Фонда ОМС. С 2013-го фонд ОМС и вовсе стал основным источником финансирования.

«На всю медицину обрушилось это несчастье ОМС. Увеличилось количество чиновников, проверяющих, считающих деньги. Если учесть, что скорая помощь и медицина - убыточные сферы, а кушать чиновникам хочется, то они начали тянуть с врачей бесплатной медицины себе денег», - поясняет фельдшер скорой помощи, председатель независимого профсоюза «Фельдшер.ру» Дмитрий Беляков.

Количество денег прямо пропорционально числу пациентов. Проще говоря, финансирование зависит от того, сколько людей вылечено, обследовано, кому оказана экстренная площадь. Одно слово - план.

«Нужно считать деньги, балансировать качество доходов и расходов, думать, как привлечь пациента и получить оплату из страховой компании», - говорит директор Московского городского фонда обязательного медицинского страхования Владимир Зеленский.

Известный врач Леонид Рошаль уверен: результат мог быть гораздо лучше. Хотели и клиники оснастить, и зарплаты медперсоналу повысить. Но реформа была задумана еще до кризиса, который внес свои коррективы.

«Никто не предполагал, что финансирование будет на таком уровне, думали, что оно будет увеличено. Сегодня Министерство здравоохранения находится в худших условиях, чем прежние все Министерства здравоохранения. У меня такое ощущение, что финансовое лобби объединилось против Минздрава», - говорит директор НИИ неотложной детской хирургии и травматологии, доктор медицинских наук, общественный деятель Леонид Рошаль.

Нина Гарманова в неотложке отработала почти 50 лет, помнит разные времена - было и хуже, и лучше. И сейчас действовать приходится по старинке. Система ГЛОНАСС в Ржев еще не добралась. Водитель скорой знает вокруг все адреса и дороги. Никто не сомневается, что машина до места назначения доберется. «Рации не работают», - говорит диспетчер ГБУЗ «Ржевская станция скорой медицинской помощи».

О реформе здесь все-таки слышали. Фельдшер Артем Цветков демонстрирует ее скромные результаты.

«Вместо раций у нас теперь планшеты. Может, со временем нам купят симки, тогда мы перестанем отзваниваться с собственных телефонов и сможем работать по этим планшетам», - надеется фельдшер.

В скорой Артем уже 9 лет. Про него здесь говорят - «фельдшер на все руки». Здесь, считает он, иначе не выжить. «Я отработал почти две ставки 10532 рубля, еще аванс 5 тысяч», - рассказывает о доходах Артем.

«Наша зарплата не сравнима с московской – в столице она в среднем в 4-4,5 раза выше. У нас на скорой помощи работают только фанатики», - отмечает главный врач ГБУЗ «Ржевская станция скорой медицинской помощи» Юрий Волков.

Если людей в строю удержать еще можно, то никогда не ремонтированное здание разваливается просто на глазах. Не хватает и рабочих лошадок - оборудованных карет скорой помощи. «Шесть машин всего на город и район. Из них две без оборудования. Дороги совсем не радую, все вместе с тобой прыгает», - описывает рабочие будни фельдшер.

Дорога до деревни Дешевки в 15 км от Ржева заняла около часа. Место это труднодоступное, если в эти края нет экстренного вызова, то медики там появляются крайне редко. Впрочем, в ближайшем от Дешевок селе (недаром называется Победа) врачи есть, но дороги между населенными пунктами нет. Чтобы добраться до местных жителей, участковым приходится ехать в объезд более 20 км.

«У нас здесь связь очень плохая. К нам дозвониться как до Кремля. Не болеешь - не зовешь! Стараемся не болеть», - говорит жительница деревни Дешевки Нина Романенко.

Рассчитывать на собственную больницу жителям Дешевок не приходится. Никогда не было и вряд ли будет. Слишком маленькая деревня.

В районном центре Ржеве местные власти недавно нашли деньги на новую детскую поликлинику. Здание есть, а врачей не хватает. Например, пяти педиатров и кардиолога. За зарплату в 15 тысяч работать готовы не все.

В Тверской области зарплата у врачей действительно сильно ниже, чем в среднем «по больнице». Это подтверждают даже официальные данные Росстата. Но они выглядят все же куда радужнее, чем реальные доходы врачей. К примеру, у младшего персонала (то есть санитарок) - чуть меньше 12 тысяч (11837) рублей в месяц. Ниже - только в Марий Эл – 11184 рублей, Алтайском крае - 11334, Ульяновской - 11491, Брянской - 11686, Псковской - 11716 и Смоленской - 11831 - областях. Средний медперсонал - это медсестры и фельдшеры - в Тверской области получают почти 21 тысячу рублей в месяц - 20783, врачи - 37 тысяч (37441). Лучше всего врачи зарабатывают даже не в Москве, а на Чукотке – 112887 и Ямале - 111562 рублей. В Югре, по данным Росстата, - 86097 рублей.

Ксения Крихели
comments powered by HyperComments