Жизнь после зоны: бывшие зэки делают детские кроватки

10:23 18/05/2016

Зарабатывал разбоем, а теперь - уважаемый бизнесмен. Бывший заключенный Евгений Морозов - оказался одним из немногих, кому после тюрьмы удалось открыть собственный бизнес. При этом предприниматель не забыл и о своих сокамерниках. Корреспондент телеканала «МИР 24» Ирина Кузьминская посетила производство.

Бывший заключенный организовал в Подмосковье производство, на котором работают вышедшие на волю зэки. Мастерят детскую мебель. На работу, их, как правило, не берут, даже грузчиками. Это часто толкает опять на преступление. Бывший бандит Морозов помогает исправиться другим оступившимся. Отбыв срок, он собрал на воле бригаду из ивановских мужиков и стал наниматься на стройки. Скопив немного денег, он взял в аренду ангар в 300 кв. м под столярный цех, куда решил брать на работу бывших заключенных. Снимает для них общежитие. Платит от 20 тыс. руб. в месяц в зависимости от объема.

Евгений недавно купил еще один бывший в употреблении станок, вот мужики: из семи человек шесть отсидели. Они делают из массива дерева веселые детские мебельные наборы. Под заказ - двухъярусные детские кроватки, шкафы и любую мебель. Так сказать, hand-made.

Бывший заключенный организовал в Подмосковье производство и дал работу вышедшим на волю друзьям

«Женя, а вот решетки такие конкретные на окнах, чтобы сотрудники не сбежали?», - спрашивает корреспондент «Да нет, у нас там оборудование, станки, чтобы кто-нибудь не украл», - отвечает Морозов.

Шум в столярке такой. что не поговоришь, поэтому идем в директорский кабинет.

«Бываю здесь не часто. Приходится переодеваться и в цех работать», - поясняет бывший зэк. В настоящем - эскизы пеленальных столиков и детских кроваток. В прошлом - совсем другие интересы.

«Гайка, перстень, цепочка, крест, и барсетка, и кепка», – говорит бывший рэкетир. «А малиновый пиджак?», – уточняет корреспондент. «Ну, это обязательно», - говорит Морозов.

Еще обязательно в гардеробе был черный пиджак. Как рассказывает Евгений, редкая неделя без похорон обходилась. В 1990-е гг. он трудился на вредном производстве.

Карьеру рэкетира начал в 17 лет, крышевал подмосковные рынки, признается: денег было не сосчитать.

Потом была пьяная драка, убийство, суд, тюрьма. Товарищам по несчастью, пообещал: освобожусь - стану другим человеком и вам помогу, иначе - «век воли не видать».

«Говорил: я по любому вас приглашу, соберу всех вместе. Так и получилось», - отметил столяр, бывший заключенный Юрий Куранов.

Были сокамерниками - стали сотрудниками. Семен хоть и не с ними срок мотал, но на работу взяли.

«Семен, успеваем до 20-го числа! Все успеваем. Заказчик звонит, волнуется, надо поднапрячься», - считает один из сотрудников предприятия.

«Приходится работать. По 12-16 часов, порой дома не бываем», - посетовал столяр, бывший заключенный Семен Романов.

Но на трудности он не жалуется, главное, говорит, работа есть. На зоне стал столяром, плотником, резчиком по дереву. Времени освоить профессии было достаточно: 13 лет за вооруженный грабеж и захват заложников . А сегодня вот - примерный семьянин.

«Я жене все отдаю до копеечки, и она уже распределяет», - говорит мужчина.

Сколько сделал - столько и заработал. В среднем в месяц тысяч по 20 выходит. Но будет больше, обещает директор. Вот недавно новый станок прикупил, чтобы производительность повысить. За продукцию свою они ручаются прочная, удобная, из добротных материалов.

«Вот кроватка детская, все из натурального дерева березка наша. Качество отменное. Итальянцы нам не конкуренты, делаем на совесть», - заверил Евгений Морозов.

Среди бывших зеков есть уникальные мастера, но с судимостью за спиной порой даже грузчиком не берут. И многие вновь попадают на нары. Эти ребята решили всем и другим доказать – жизнь есть после зоны.
По данным ФСИН, приобщиться после тюрьмы к законной жизни не могут около 60% бывших заключенных. Причем, часто из-за того, что их не берут на работу на воле.

ПОЗНАЙ ДЗЕН С НАМИ ЧИТАЙ НАС В ЯНДЕКС.НОВОСТЯХ

comments powered by HyperComments