«Мы просто бежали от войны»: как живут в России беженцы из Сирии

16:54 05/07/2016

«Ни дикари мы и не пленники, и в эти древние места, в гостеприимные «Серебряники» нас пригласила речка Мста…».

Поселок Серебряники Вышневолоцкого района Тверской области. 300 километров от Москвы. Здесь, на территории полузаброшенного санатория «Серебряники» находится Центр временного размещения иностранных граждан. Поселение для беженцев на обочине между двумя столицами открылось в середине 90-х и действует по сей день. Именно здесь в трехэтажном кирпичном корпусе сейчас находятся сирийские беженцы, которых 70 дней не выпускали из транзитной зоны аэропорта «Шереметьево». Журналистов на территорию бывшего санатория не пускают. Поэтому мы встретились с ними за ограждением.

Напомним, семья беженцев приехала в Россию из Ирака 10 сентября 2015 года. Хасан Абдо Ахмад, Гулистан Иса Шахо и четверо их детей летели в Россию к сестре Гулистан, которая живет в Самаре. Семья беженцев решила покинуть Ирак после того, как в 2014 году город Эрбиль, где жила Гулистан с супругом и детьми, оказался под влиянием террористической группировки «Исламское государство», деятельность которой запрещена на территории России. При прохождении таможенного контроля сотрудники ФМС и погранслужбы заявили, что их паспорта поддельные – в них заменена страница с установочными данными. После чего в отношении Гулистан и Хасана было возбуждено уголовное дело по незаконному пересечению границы по поддельным документам. Несмотря на то, что по прилету Гулистан сразу сказала пограничникам, что ее семья просит Россию предоставить им статус беженца. В ФМС отмечали, что вопрос о предоставлении им убежища не может быть рассмотрен, пока идет следствие. В результате Гулистан, Хасан и четверо их детей в возрасте от трех до 13 лет провели 70 дней в транзитной зоне аэропорта Шереметьево.

13-летний Ренас даже писал письмо президенту с просьбой оказать помощь его семье: «Уважаемый президент! Моя мама сказала мне, что вы можете все и что все вас слушают. Поэтому я хочу попросить вас: помогите мне, моим братьям, маленькой сестренке Лавин и родителям впустить нас в вашу страну. Моя тетя ждет нас в Самаре. Там уже все готово – комната для нас и игрушки». «Мы приехали в вашу страну, потому что хотели спокойно жить, не просыпаться ночью от звука бомб и не бежать в бомбоубежище. Мы приехали в Россию, потому что здесь живет наша семья. Пожалуйста, помогите нам! Прикажите отпустить нас из аэропорта. Я знаю, что вы можете все!», - писал Ренас.

Пресс-секретарь президента России Дмитрий Песков сразу отреагировал на письмо мальчика и сообщил, что в Кремле известно об этой истории. «Мы даже справлялись у наших коллег в Федеральной миграционной службе – они также держат этот вопрос под контролем. Но дело в том, что там была попытка въезда на территорию России по подложным документам. В этой связи выполняются все необходимые процедуры. В данном случае не связана с бездействием, ситуация связана именно со сложностями, связанными с неправильными документами», - прокомментировал Дмитрий Песков.

Руководитель комитета «Гражданское содействие» Светлана Ганнушкина заявила, что у семьи были визы, и они не собирались обращаться за убежищем. «Они действительно бежали от войны, но бежали к сестре Гулистан. У них у всех была российская виза, поставленная в Ираке нашим консульством. Почему-то пограничники решили, что у них поддельные паспорта. Мы сделали запрос в Дамаск и получили официальный ответ, что паспорта с такими номерами на эти имена выдавались совершенно законно. А следствие нам отвечает, что есть экспертиза ФСБ», - сказала Ганнушкина.

Согласно примечанию к статье 322 УК РФ, ее действие не распространяется на те случаи нарушения правил пересечения границы, в которых это делается с целью получения политического убежища. Кроме того, существует конвенция ООН «О статусе беженцев» 1951 года, ратифицированная Россией. Согласно документу, «Договаривающиеся государства не будут налагать взысканий за незаконный въезд или незаконное пребывание на их территории беженцев, которые, прибыв непосредственно с территории, на которой их жизни или свободе угрожала опасность, въезжают или находятся на территории этих государств без разрешения».

Несмотря на заявления правозащитников, Химкинский городской суд Московской области суд оштрафовал Хасана Абдо Ахмада и Гулистан Иса Шахо на 10 тысяч рублей за покушение на незаконное пересечение границы России без действительных документов.

20 ноября, спустя 70 дней, проведенных в транзитной зоне Шереметьево, семью беженцев из Ирака выпустили из аэропорта после повторно поданного заявления в миграционную службу о получении статуса беженцев или предоставлении временного убежища. ФМС выдала семье документы, подтверждающие, что они запросили этот статус. После чего их отправили в Центр временного размещения беженцев, который находится в Вышнем Волочке Тверской области. Там они будут находиться до принятия решения миграционной службы о присвоении им статуса беженцев или предоставления убежища.

Мы подъезжаем к ближайшему кафе, которое находится в 20 минутах езды от «Серебряников». Пока нам накрывают на стол, Ренас, Рожкар, Лунд и малышка Лавин играют в снежки и лепят снеговика. «Дома мы раньше всегда праздновали Новый год. Каждый год 1 декабря у нас уже стояла елка. Но это было до того, как началась война…», - рассказывает Гулистан.

Через 20 минут нас приглашают на обед. Дети забегают в кафе первыми. Они побросали мокрые от снега вещи и тут же уселись за стол. «Мама! Здесь почти как дома!», - кричит Лавин. «В Ираке у нас был свой большой дом. У Лавин была своя комната, к которой она очень привыкла. Сейчас она все время спрашивает: «Мама, а когда мы вернемся домой?». А я ей ничего не рассказываю. Все равно она ничего не поймет», - объясняет Гулистан.

«Мы любим русскую еду. Особенно борщ, он очень полезный. А дети очень манты любят. Надо же, как вы угадали! Лавин их три месяца у меня просила!», - радуется Гулистан. Девочка не дожидается, пока братьям принесут второе, и начинает уплетать манты, не выпуская из рук потрепанную старую куклу с оторванной ногой. «Вы только посмотрите, как она ест! Я не видела, чтобы у нее за последние три месяца был такой аппетит», - радуется мама. «А эту куклу нам подарили добрые люди, когда мы еще в Шереметьево жили. Многие нам тогда помогали. Кто одежду приносил, кто игрушки, кто еду… Спасибо им большое за это. Я никогда это не забуду. Очень тяжело было там. Никаких удобств. Ни помыться, ни постирать. Еда очень дорогая. Бутылка воды стоила 100 рублей», - вспоминает Гулистан и тяжело вздыхает.

«Мам, а если я все съем, Дед Мороз принесет мне подарки?», - спрашивает девочка. «Я ей всегда обещаю, что Дед Мороз принесет подарки, чтобы она хорошо ела, но сама понимаю, что ничего не смогу ей купить. Мы тут даже не работаем. День прошел и, Слава Богу», - говорит женщина. «Лавин, а что ты хочешь на Новый год?», - спрашиваю я. «Барби!», - с ходу отвечает она.

«Вы говорили, у вас был свой дом в Ираке?». – «Да, у нас был свой большой дом. Муж работал, я с детьми сидела. Вот это наш дом, а это мы отмечаем день рождения сына, а тут Лавин совсем маленькая», - показывает Гулистан фотографии на телефоне мужа, а у самой от воспоминаний подступает ком к горлу и наворачиваются слезы.

Пообедав, мы пытаемся узнать у Гулистан и Хасана, почему они приехали в Россию, как у них оказались поддельные документы и хотят ли они вернуться на родину.

- Расскажите, как получилось, что ваши документы оказались поддельными?

Когда мы приехали в аэропорт Шереметьево, нам сказали, что у нас какие-то проблемы с визой. Из аэропорта тут же позвонили в консульство Ирака, там заявили, что с визой все в порядке. Потом нам сказали, что нас обманули и выдали недействительные паспорта. Но когда мы выехали из Ирака и приехали в Турцию, было все в порядке.

- В какой момент вы решили уехать из Ирака?

Я не люблю вспоминать об этом… В Ираке сейчас идет страшная война. Я боялась за детей. Не знала, куда идти и что делать. Не могу сейчас без слез все это вспоминать. Там всех убивают. Неважно, мусульманин ты или христианин. Мы все это видели. Если бы не война, мы не уехали бы оттуда, но мы это сделали ради детей. Моя дочь была как сумасшедшая, боялась, не спала ночами, вскакивала от грохота. И в один момент я сказала мужу: «Господи, здесь невозможно больше оставаться. Мы должны уехать отсюда»

- Вы хотите вернуться обратно?

Конечно, когда война закончится, мы вернемся обратно. Все надеются, что все будет хорошо, но с каждым днем обстановка все хуже и хуже как в Сирии, так и в Ираке.

- Вы уже привыкли к России?

Я люблю Россию. У меня подружка русская была, сестра живет здесь. Но я до сих пор в шоке. Я не думала, что так все получится. Мы просто бежали от войны и не знали, что так все обернется. Я очень замучилась с детьми в аэропорту. Дочка постоянно плакала. А у сына был день рождения. Он спрашивает меня: «Мама, а мы будем отмечать день рождения?», а я ему отвечаю: «Нет, сынок, придется потерпеть». Господи, я не знаю, что с нами будет дальше...

Хасан: Человек ко всему может привыкнуть. Конечно, каждому лучше на своей родине. Мы вынуждены были уехать, потому что там идет война. Если бы не было войны, мы бы не оставили свою родину. Мы ради детей уехали оттуда.

- Как вы сейчас живете?

Сейчас мы живем нормально, слава Богу, хоть спокойно спим. Вот только нам баню закрыли, сказали, что пока нельзя там купаться, иначе потолок провалится. Поэтому приходится идти в другое место, чтобы помыться. А сейчас холодно, я боюсь, что дети заболеют, поэтому мы ходим туда два раза в неделю. Но надеемся, что все будет хорошо. И за это спасибо.

- А вам обещают трудоустройство?

Нам пока ничего не говорят. Мы не работаем. Я не знаю, как будет дальше.

- А вы не хотите поехать к своей сестре в Самару?

Конечно, хотим. Мы к ней и приехали. Нам должны сделать какую-то бумажку, и только тогда мы сможем уехать отсюда.

- А кем вы работали у себя на родине?

Хасан был помощником в издательстве. А я сидела дома с детьми. Мы жили хорошо.

- Вы говорите, что многие люди приходили к вам и помогали, чем могли. Откуда они о Вас узнавали?

Многие узнавали по новостям. Мир не без добрых людей. Когда к нам приходили люди и помогали нам, мне сразу на душе легче становилось.

- У вас там остались родственники?

Часть родственников осталась там, а часть уехала в Германию. У мужа в Алеппо (Сирия - прим. ред.) сейчас находятся родители и сестра. Сестру ранили. Но они не могут оттуда уехать, так как их город окружили. Господи, я не знаю, когда уже эта война наконец закончится… Столько людей страдает…

А вы сейчас смотрите новости?

Нет, у нас нет телевизора. Да я и не хочу ничего знать. Опять только переживать буду.

- О чем вы сейчас мечтаете?

Мы мечтаем только об одном. О нормальной жизни.

Мы отвезли Гулистан, Хасана и детей обратно, а сами вернулись в Москву. И долго молчали, вспоминая все то, что они нам рассказали.

Напомним, в сентябре заместитель главы ФМС Николай Смородин заявил, что сейчас в России около 12 тысяч беженцев из Сирии. Из них официальный статус «временное убежище» смогли получить всего две тысячи. По его словам, информация, что сирийцам в массовом порядке отказывают в возможности остаться в России, не соответствует действительности.

Глава ФМС России Константин Ромодановский, в свою очередь заявил, что в целом Россия не является для беженцев из ближневосточных стран привлекательной. «Люди, как правило, едут туда, где им легче интегрироваться и в этом им помогают многочисленные диаспоры. Так уж исторически сложилось, что в Европу дорожка уже ими давным-давно протоптана. Также, немаловажен языковой аспект - русский язык для них сложный, а вот английский многие их них знают, по крайней мере, объясниться смогут», - заявил глава ФМС.

P.S. Сегодня, 18 декабря, отмечается Международный день мигрантов. Дата 18 декабря выбрана в связи с тем, что в этот день в 1990 году Генеральная Ассамблея ООН приняла Международную конвенцию о защите прав всех трудящихся-мигрантов и членов их семей. А сам праздник был учрежден в 2000-м году.

Татьяна Поддубская

comments powered by HyperComments