Вселенная комиксов: кому сегодня нужны супергерои?

16:11 22/10/2015

Москва, 5 октября. За свою относительно недолгую историю США умудрились оказать поистине огромное влияние на культуру всего мира, создав единое поп-культурное пространство. На смену персонажам народного фольклора постепенно пришли герои американских комиксов – вряд ли все современные дети знают Кащея, зато все точно представляют себе Бэтмена и Капитана Америку. С одной стороны, комиксы – это часть монструозного культа потребления. С другой – отдельная область искусства, давно вышедшая за пределы примитивных сюжетов и графики. Во Франции комиксы и вовсе признаны девятым искусством.

25 сентября в США отмечали Национальный день комиксов, а на минувших выходных в Москве прошел фестиваль любителей комиксов и прочих проявлений поп-культуры Comic Con. Эти события и подтолкнули нас к тому, чтобы разобраться – что же такое комикс, почему его называют девятыми искусством и американской мифологией.

НАЧАЛО

Вопреки бытующим представлениям, комикс зародился вовсе не в Америке, а в Европе. А некоторые вообще считают, что первыми комиксами была чуть ли не наскальная живопись, но вряд ли эта точка зрения убедительна. Первые комиксы зародились в Англии и во Франции. Правда, само слово «comics» появилось позже и действительно в США – оно означает «комические истории».


Научный сотрудник отдела новейших течений Государственной Третьяковской галереи, специалист по франко-бельгийским комиксам Юлия Воротынцева

«Мне кажется, считать первым комиксом Yellow Kid не совсем правильно, так же как наскальную живопись, египетские иероглифы и барельефы колонны Траяна. Все это можно назвать протоэлементами комикса. Очень яркие примеры таких протоэлементов есть в английской гравюре периода ее «золотого века» (XVI-XVIII вв). Например, Джеймс Гилрей и Джордж Крукшенк систематически использовали такой элемент, как филактер, или речевой пузырь. Второе, что было присуще гравюре того времени, а потом очень активно перешло в комикс и анимацию ХХ века – стилизация изображения, изображение линий движения. Третий момент – это серийность: гравюры сшивались в одну книгу, и страницей за страницей рассказывалась история. Потом в ряде карикатур появилась разбивка на кадры. Английская карикатура довольно активно влияла на европейскую графику, так или иначе она попадала во Францию, Германию и так далее. Одной из самых знаковых фигур в истории комикса стал швейцарец Рудольф Тёпфер. Он хотел быть художником, но начал терять зрение, у него был интерес к литературе, но он не мог выразить его в произведениях крупной формы, но он дружил с Гёте, поэтому получал какие-то наставления. Кроме того, он был педагогом, поэтому начал рисовать истории в картинках для своих учеников. Поэтому говорить о том, что комикс появился в Америке нельзя, истоки были европейские».

В конце XIX века–начале ХХ комиксы охотно печатали таблоиды, что давало новый импульс для их развития. Одним из первых известных комиксов принято считать «Вниз по аллее Хоган» – работу Ричарда Фелтона Аутколта, опубликованную в 1892 году на страницах газеты Sunday New York World. Герой комикса, страшноватый на вид лысый юнец в длинной желтой рубашке, скоро стал популярен и получил от читателей прозвище «Желтый парень» (Yellow Kid). В 1897 году в American Journal выходит комикс «Каценджемеровские детки» Рудольфа Дирка, который становится популярен, и американские издательства начинают привлекать художников. В начале XX века американский карикатурист Уинзор МакКей создает признанный шедевр комикса – «Малыш Немо в Стране снов», который позже будет вдохновлять Федерико Феллини и Тима Бертона.


Страницы комикса Уинзора МакКея «Малыш Немо в Стране снов» (Little Nemo in Slumberland)

Постепенно комикс получает привычный формат, а в 30-40-е годы ХХ века начинается новая эра – появляются супергерои. Первым становится Супермен, вышедший в свет в 1938 году. На волне успеха за короткий период времени появляются десятки, если не сотни, других супергероев. Персонажи со сверхъестественными способностями отражают чаяния народа и постепенно начинают также служить средством воздействия, в том числе пропаганды. Комикс превращается в индустрию, в которой выделяется несколько гигантов: Marvel, DC, Dark Horse Comics и Image Comics. Супергерои взаимодействуют внутри своих «вселенных», становятся брендами и выходят на киноэкран. Параллельно с мощной индустрией развивается авторский комикс, особенно в Европе.

Сегодня географически центры развития комикса можно обозначить следующим образом: англоязычные с центром индустрии в США; франкоязычные – во Франции, Бельгии и Швейцарии; а также восточные, которые создают в Японии, Корее и Китае. Однако наиболее популярны в мире, конечно же, американские комиксы, повествующие о супергероях.

ЗЕМЛЯ-616 КАК АМЕРИКАНСКИЙ ОЛИМП


Дарья Дмитриева, культуролог, автор книги «Век супергероев: Истоки, история, идеология американского комикса» (2015)

«У Умберто Эко есть статья, посвященная Супермену, в которой он пишет, что комикс о Супермене – это миф. Он сравнил структуру комикса со структурой древних эпосов и выявил некоторые параллели – это первый подход. Согласно другому подходу, миф – это нечто, определяющее наше сознание, представление о мире, о том, кто мы, что мы должны делать. Это целый комплекс идей, который присутствует в нашей культуре. Например, для нашей страны в этом году актуален миф о Великой победе. Это не значит, что этого не было. Естественно было, но сегодня эта идея влияет на поведение людей, их отношение в жизни, к себе, своей стране и так далее. В этом смысле это миф, как нечто, определяющее нашу картину мира. И когда мы начинаем разбираться с супергероями, различными комиксами о них, фильмами, то мы видим, что действительно сама повествовательная и сюжетная ткань комиксов очень тесно связана с той реальной политической и культурной ситуацией, которая происходила в США в середине ХХ века».

«Когда выходит первый комикс о Супермене, американский читатель узнает в нем своего героя, ведь комикс рассказывает не о чем-то постороннем, а конкретно о том, что происходит здесь и сейчас. А что происходит? Америка выходит из Великой депрессии, она возлагает надежды на новый политический курс, очень надеется на усиление власти и на борьбу с коррупцией. Чем занят Супермен? Это сейчас нам кажется, что он борется с какими-то фриками – он борется с конкретными проявлениями зла, такими как коррупция в парламенте, с домашним насилием, например, он останавливает руку человека, который хочет ударить свою жену. Да и пресловутый пример с котенком, которого он снимает с дерева. Супермен борется с реальным злом, которое люди видят в повседневной жизни».

«Герой, который обладает фантастическими магическими способностями – может летать, видеть предметы насквозь, обладает суперсилой и суперскоростью – отражает некоторые социальные ожидания, и в этом смысле встраивается в картину мира, которая есть у людей. Как некий символ он воплощает их утопические ожидания от будущего. Эта наивность все равно всегда присутствует в культуре, и ее выразителем становится массовая культура, которой принадлежат супергерои».

«В 40-е начинается Вторая мировая война, и Америка до конца 1941 года в ней не участвует. Но полгода они воевали в комиксах. Очень интересно, что Капитан Америка появляется больше, чем за полгода до фактического начала военный действий с участием США. Это значит, что у народа были определенные ожидания, они хотели преодолеть изоляционизм, ведь Америка всегда была отдельно от Европы, а ей хотелось в гущу событий. И таким символическим образом удавалось восполнить нехватку. Вторая мировая война породила целый ряд персонажей, связанных именно с ней, среди них, например, Чудо-Женщина, которая появляется в качестве штабной секретарши. В этот момент происходит подъем патриотизма, супергерой отлично показывает себя в культуре».

«Потом происходит спад: война закончилась, в США – бэби-бум, процветание, она выходит из послевоенного кризиса с наилучшими показателями, а дальше начинается нарастание напряжения «холодной войны». С этим связан новый виток интереса к супергероям, появляются Человек-Паук, Фантастическая четверка, Железный человек. Они все отражают совершенно новое состояние культуры – страх перед атомной угрозой. Комиксы молодеют: если в «золотом веке» (1938-1955) их читали взрослые люди, то в «серебряном» (1956-1972) начинают читать подростки. Получается, что комиксы не только впитывают культурную ткань, которая существует, но и во многом формируют взгляд людей, потому что они стали тотальным явлением».

«Конечно, они также становятся средством пропаганды. Были комиксы, которые создавались по правительственному заказу – тот же «Капитан Америка». Индустрией в современном понимании они становятся позже, когда начинают продаваться франшизы, и каждый герой патентуется как отдельный бренд. Это приходит к 80-м годам. Особенно усиленно эту стратегию практикует Marvel, что приводит компанию практически к разорению в 90-е годы. Они перестают выпускать хорошие комиксы, начинают гнать ширпотреб, а читатель уже воспитан и каждый месяц ждет хорошую историю. Те кто, работали в Marvel в то время в своих воспоминаниях писали, что он утонул в собственной жадности».

«В 90-е годы для этого жанра стали кризисными, у читателей появляется интерес к суперзлодеям. С распадом СССР меняется вся система мирового порядка, и США становятся культурным монополистом, и в этот момент становится понятно, что герой больше не нужен. США начинают обращать внимание на свои внутренние проблемы – в 80-90-е случился огромный рост наркомании, появляется потерянное поколение, волны миграции. Это отражается на культуре: интерес к суперзлодеям отражает погружение в пучины собственных темных сторон, чему способствует и экономический кризис. Новая волна интереса к супергероям пошла после теракта 11 сентября 2011 года в Нью-Йорке и снова это было связано с появлением угрозы. Произошло обращение к героям «золотого века», которые в свое время никого не интересовали – это Флэш, Зеленый фонарь и другие. Очень сильный русский элемент появляется в комиксах и кино по ним и сейчас».

«Образ супергероя меняется из десятилетия в десятилетие, сейчас он гораздо более эклектичен. Супергерой 40-х однозначен, он очень плоский – он за добро, никогда не убивает, ловит преступников и сажает в тюрьму, у него нет никаких сомнений. Постепенно появляется психологическая глубина, особенно в 80-х, что связано с появлением графических романов, тех же самых «Хранителей». Супергерой становится сложным, начинает сомневаться в себе, в мире, он становится сильнее за счет того, что делает моральный выбор, побеждает свои слабости. В «Темном рыцаре» Фрэнка Миллера Бэтмен – практически престарелый алкоголик. В 80-е и 90-е супергерои начинают убивать. Есть такие супергерои, как Росомаха, абсолютно пограничные персонажи. С одной стороны он вроде за добро, а с другой – рубит направо и налево. Кстати, изначально Росомаха вообще появился в комиксах в качестве суперзлодея, так же как и Панишер».

«Образ Джокера был навеян его создателям афишей к бродвейскому спектаклю «Человек, который смеется». Он неоднороден с 1940 года по сегодняшний день: в разное время его образ апеллирует то к архаическим демонам, то героям-трикстерам, то к современному искусству, мировому кризису и угрозам Холодной войны, тотальному хаосу терроризма» (с) «Век супергероев» Дарья Дмитриева.

«Конечно, до русских это все доходит через кинематограф, у нас не так развита культура чтения комиксов, хотя она набирает обороты, что видно даже по фестивалю Comic Con. В кино современный супергерой мучается сомнениями, воспоминаниями, переживаниями, и вообще он может быть каким-то злым человеком. С одной стороны, возникает постмодернистский момент – культура нацелена на эклектичность, на то, чтобы шокировать, зацеплять какие-то дополнительные струны. С другой стороны, такой образ супергероя более интересен зрителю, он ориентирован и на взрослую, и на детскую аудиторию. Чтобы интересовать и тех, и других, фильм должен обладать несколькими историями в одной. Понятно, что все это достаточно просто, это не высокохудожественное произведение. Но в этом смысле, я думаю, нашей массовой культуре еще учиться и учиться. Хорошая массовая культура должна быть в современном обществе, потому что если мы хотим, чтобы определенные ценности и идеалы воспринимались, они должны пропагандироваться через те формы, которые актуальны сегодня, а это не лозунги, а блокбастеры, крупные формы, адекватные социальной реальности».

Стоит отметить, что «отцы-основатели» комиксов сознательно создавали новую мифологию. Так, Джеку Кирби, создавшему Капитана Америку, приписывают следующие слова: «Я чувствовал, что у нас не было собственной мифологии. Даже саксонцы обладали своей мифологией, и я подумал, что в наши времена нужна новая. И я создал ее. Дарксеид и Орион подобны Зевсу и Геркулесу, они отец и сын. И так со всей этой мифологией...». А автор Супермена Джерри Сигел рассказывал, что образ супергероя родился, когда он думал о древних героях: «Я был полон рассказов о таких персонажах как Самсон, Геркулес и всех силачах, о которых когда-либо читал».


Алим Велитов, художник, руководитель «Комикс-клуба» в РГБМ

«Тут надо определиться, что такое мифология. У каждого человека есть своя личная мифология – значимые для него герои, история, архетипы, по которым он строит свою жизнь. Есть мифология страны, какой-то культуры. Мифология Америки – в кинематографе, в комиксах, в литературе. Мифология – это некая ключевая история, по которой люди понимают, кто они такие. И если брать основных персонажей американских комиксов, таких как Супермен, Бэтмен, Спайдермен, то конечно можно утверждать, что комиксы очень близки к американской мифологии, потому что они дают людям некие ориентиры, представления о мире, о том, как надо себя в этом мире проявлять. Получается, что в какой-то мере комиксы формируют мировоззрение, как мифология. Почему Супермен не американец, а прибыл с планеты Криптон? Дело в том, что Америка – это страна иммигрантов, и Супермен – это такой же иммигрант. Это не просто герой Америки, а универсальный герой всего мира».

«На мой взгляд, самый правильный подход к американскому комиксу с его дикой популярностью супергероев – это новая мифология, – считает Юлия Воротынцева. – Исторически американцы не имели другой мифологии, для них было важно создать что-то свое. Если посмотреть на комиксы 30-х годов, они же недаром делают отсылки к древнегреческим героям – через некую преемственность они легализовали своих новых героев».

ИСКУССТВО ИЛИ НЕТ?

«В своей кандидатской диссертации я исследую художественный язык франко-бельгийских комиксов. Начинала я ее писать в аспирантуре факультета искусств МГУ, у них есть такое направление деятельности – семиотика, наука о знаках. С точки зрения семиотики комиксы очень хорошо ложатся в контекст истории искусства, потому что подразумевают несколько знаковых систем. Семиотику можно применять, по сути, к любому виду искусства: танцу, музыке, живописи, литературе. В отношении комикса это наиболее обоснованный искусствоведческий подход, потому что они включают в себя знаковую систему визуального изображения, знаковую систему слова и некий результат слияния. Плюс к этому кинематографические элементы: кадр, ракурс, время, скорость. До недавнего времени многие профессионалы считали эту тематику маргинальной, но во Франции, Англии, Швейцарии я видела другую картину. Мне было интересно рассказать об этом, попытаться представить в другом свете. Тогда было важно просто создать прецедент изучения, а сейчас даже наши маститые профессионалы-искусствоведы уже не так рьяно спешат утверждать, что комиксы не искусство. Поэтому более важно стало рассказать историю эволюции художественного языка».

«Вопрос о художественном качестве – самый тяжелый для комиксов в принципе. Они делятся на популярные и авторские. Популярные комиксы – это индустрия, они создаются студией и не предполагают некоего художественного вкуса одного творца. Отдельно есть сценаристы, отдельно художники, причем художники тоже имеют свою специализацию: один рисует ноги, второй руки, третий дома и так далее. В США в начале ХХ века были авторские комиксы, например, Уинзор МакКей в своих работах явно перерабатывал стиль ар-деко. С 30-х годов комиксы стали массовым продуктом, однако в конце ХХ века авторские комиксы снова вошли в моду. Стоит учитывать качество типографии, которое влияет на запрос к художнику. Если в 30-х годах печать была низкокачественной, зачем было просить художника рисовать шедевр? Сейчас она позволяет перенести все, что нарисовано от руки, в комикс, соответственно и запрос другой. Стоит также помнить, что комикс не является только визуальной составляющей – это еще и история, сюжетика. Но если говорить о композиционном решении страницы, то наиболее классно оно удается в американских супергеройских комиксах. Наверное, потому что они должны как-то искупить типажность персонажей и скупой колорит. Плюс кинематограф позволил им подыскать ракурсы, кадры – а это тоже элемент языка комикса».

«Если говорить о связи искусства с комиксом, тут очень интересные связи в обе стороны. Художники поп-арта используют не язык комикса, а некий образ комикса, причем в самом примитивном варианте. Они же на своих работах имитируют эту дешевую растровую печать. Оттуда типажность персонажей. Мне кажется, эта связь не обогатила ни комикс, ни современное искусство – просто у отдельных художников появились очень узнаваемые вещи, например, у Роя Лихтенштейна. Это довольно тупиковая линия развития, она чем-то закончится и более никуда не выльется. Если говорить об обратном влиянии, естественно, любой художник комикса будет использовать все, что произошло в истории искусства. В данном случае комикс является очень хорошим способом существования графики. Мы сейчас живем в эпоху постмодерна, когда художники работают в новых техниках, создавая объекты, перфомансы, видеоинсталляции. Так или иначе можно говорить о кризисе изобразительного искусства. В данном случае комикс – это очень удобный и интересный способ существования для человека с классическим подходом».

Многие художники до сих пор работают на бумаге, особенно если речь идет об авторских комиксах. Даже в Европе они издаются с гораздо меньшим тиражом, но у них есть свои ценители. Среди прекрасных примеров, например, Паскаль Рабате и его «Ибикус» по роману Алексея Толстого. Комикс Рабате создавал 10 лет, это тушь, потрясающая графическая работа, во французском варианте еще и шикарная печать. Есть итальянец Лоренцо Матотти, на русский у него переведены «Стигматы», но есть и работы в цвете. Есть очень интересный комикс Маржан Сатрапи «Персеполис», тоже переведен на русский язык. Когда он вышел во Франции, это была бомба. Сатрапи – девушка из Ирана, эмигрировавшая во Францию. Комикс автобиографический с лаконичными черно-белыми рисунками, он гениален с той точки зрения, что человеку психологически проще ассоциировать себя с абстрактно нарисованным героем. В США в 1991 году новым словом был комикс Арта Шпигельмана «Маус». В нем Шпигельман рассказывает историю своего отца, который пережил Холокост, но в качестве персонажей использует животных: евреев изображает в виде мышей, фашистов – в виде котов, поляков – в виде свиней и т.д. Шпигельман предпочел образы-знаки, чтобы комикс не был слишком тяжелым.

«Сложность подхода к изучению комикса заключается в том, что нельзя оценивать лишь один из элементов: сюжет или графику. Нужно смотреть на совокупность этих вещей. Кроме того, нельзя однозначно говорить, что авторский комикс – это хорошо, а популярный – плохо. Комикс – молодое искусство по сравнению с той же живописью и литературой, и потребуется еще время для его эволюции и для изменения отношения к нему».

«Современное искусство вообще не в курсе того, что такое искусство, считает – Дарья Дмитриева. – Можете пойти на любую выставку современного искуссства, и там большая часть экспонатов будут задаваться вопросом, что же такое искусство. Искусство рефлексирует в себе, и в этом смысле массовый американский комикс не является искусством, но является частью культуры».

КОМИКСЫ В МОСКВЕ

Центр комиксов в РГБМ

Российская государственная библиотека для молодежи – самая крупная библиотека для молодежной аудитории в стране, в ней работает более 10 клубов по интересам, в том числе Центр комиксов.

«Наш центр существует для того, чтобы давать представление, что комиксы – это огромная вселенная, такая же как кино, литература, анимация, – рассказывает руководитель «Комикс-клуба» в РГБМ Алим Велитов. – Тысячи талантливых художников создают удивительные миры, и наша задача – информировать людей и помогать им с этим соприкоснуться. Это новое поле для деятельности, творчества, даже просто прочитать Рабате – огромное эстетическое удовольствие и шаг в духовном развитии».

Комикс-центр появился в стенах Российской государственной библиотеки для молодежи в 2010 году. Первые комиксы подарило посольство Франции в Москве, а теперь коллекция насчитывает уже более 4,5 тысячи экземпляров. «Комикс-клуб» приглашает на мастер-классы и знакомит желающих с европейским комиксом, занятия длятся три месяца, по одному занятию в неделю, и стоят 10 тысяч рублей. А на американском комиксе специализируется клуб «Четвертая стена».

«Комикс – это прекрасная возможность реализовать то, что у тебя в голове, например, если есть сценарий фильма, а многомиллионного бюджета нет. Ты можешь просто сесть за стол и самостоятельно создать законченное произведение. Один из этапов наших мастер-классов – продвижение своего творчества, то есть мы помогаем найти свою аудиторию. Мы верим, что если человек делает то, что ему по-настоящему нравится, то найдутся люди, которые это оценят».

«Приходил, например, один физик-ядерщик, приходят студенты и те, кто-то хочет работать в кино раскадровщиками или делать мультфильмы. Если в советском кино раскадровщик не очень участвовал в съемочном процессе, то теперь он необходим, так как все фильмы снимают по раскадровкам, а это напрямую связано с комиксом. Эйзенштейн сам рисовал раскадровки, просто у нас это было не так широко принято. А у американцев изначально по сценарию создавалась подробнейшая раскадровка, чтобы картинка была красивой. А в рекламе вообще целый сюжет надо уложить в 15-20 секунд, и делается аниматика – такой небольшой мультфильм по раскадровкам».

Художники

Для России комикс – явление достаточно новое, поэтому круг художников комиксов очень узок. Одни из наиболее интересных художников – Николай Писарев, нарисовавший серии «Не один» и «Предметы», и Алим Велитов – создатель авторского сборника комиксов «Баловство» и сборника «Альманах рисованных историй».

«Впервые комикс мне показал школьный друг во 2-3 классе. Номер был 70-х годов, его как-то перебросили через границу, и он казался посланием с другой планеты. Теперь я свободный художник, работаю на фрилансе – делаю комиксы для журналов, рекламы, настольных игр. Авторскими комиксами в России заработать невозможно, поэтому и приходится зарабатывать в рекламе, делать раскадровки. Одновременно я рисую небольшие новеллы, которые издаю своими силами и продаю на фестивалях, а также работаю над своим большим авторским проектом «Кроссберг».

«Кроссберг – это удивительный фантастический город, который появился, когда испанский ученый открыл вещество, позволяющее материализовывать свою внутреннюю вселенную. Дело происходит перед Второй мировой войной, и ученый уходит в свой мир, а его брат, Сальвадор, отправляется на поиски. Путешествуя по городу, он понимает свою природу, свое предназначение. Однако ученого в Кроссберге встретила та же самая война, от которой он сбежал. В итоге он понимает, что если внутри есть раскол, то этот конфликт будет проецироваться во все его творчество. Братья находят способ прекратить эту внутреннюю войну и творить миры без внутреннего разлома. Все это в остросюжетных приключениях с налетом стимпанка и психоделического безумия – в том числе под влиянием Малыша Немо».

«Еще я мечтаю сделать комикс о жизни Максимилиана Волошина, о его личности, поэзии. Я был в этом году в его доме в Коктебеле и поразился масштабу его личности, насколько интересна и необычна была его жизнь. Хотелось бы более глубоко соприкоснуться с этим».

Работы Алима Велитова

«Когда у музыкантов спрашивают, как они начали играть, они обычно рассказывают, как впервые услышали Beatles. Кто рисует комиксы, обычно вспоминают про журнал Pif. Была такой французский журнал, в котором печатали комиксы, к нему имела отношение коммунистическая партия Франции, поэтому он продавался в СССР. В нем не было ничего коммунистического, обычные комиксы всех жанров, в том числе юмористический детский комикс про собачонка Пифа – это французский аналог Микки Мауса. Там были и приключения, и детективы, и какие-то космические корабли, и тут выяснилось, что все это можно делать без всякого бюджета, в отличие от кино. Мне было 10 лет, и эти журналы я случайно нашел на распродаже в книжном. Я их переводил со словарем по одному слову, потом печатал на папиной печатной машинке, вырезал и вклеивал в журналы. Родители радовались, думали, что я французский язык выучу, но я не выучил».

«Работаю сейчас дизайнером, делаю красивые картинки для телевидения – сначала деньги заработаю, а потом рисую комиксы. Уже целый год я веду тот образ жизни, какой всегда хотел вести. Я сижу дома, просыпаюсь в 12 часов, рисую до 4 утра, в обед делаю что-то для денег, но тоже не без удовольствием этим занимаюсь. У меня есть список того, что я должен за свою жизнь успеть, например – для детей сказку нарисовать, потом мрачную киберпанковскую фантастику с безнадежностью, нуарную такую... А потом нарисую комикс про разноцветные космические корабли, которые бороздят от планеты к планете. Очень хочется проиллюстрировать славянскую мифологию, а то у нас засилье эльфов и гоблинов, о которых в русских сказках даже не упоминается. Вот, например, Калинов мост. Я недавно стал читать и выяснил, что лежит он через реку Смородину – от слова «смердеть». Это огненная река, аналог Стикса, и на том берегу живет всякая нежить, а на этом – богатыри. И происходит битва добра со злом. А крестражи не Роулинг придумала, первый изобретатель крестражей – Кощей Бессмертный, в яйце смерть его. Такого можно злодея из него сделать страшного!»


Работы Николая Писарева

Магазины

В столице комиксы вовсе не дефицитный товар. Любые комиксы можно купить не только в интернете, но и в специализированных магазинах, и их в Москве немало. Наиболее бодро дела идут в сети «Чук и гик» – не так давно, помимо магазина на Пушкинской, открылся еще один, на Новокузнецкой, туда и отправился «МИР 24».

Продавец-консультант Иван оказался студентом пятого курса исторического факультета МГУ. По его словам, увлечение комиксами началось с «Черепашек Ниндзя», теперь один из любимых комиксов – «Босоногий Гэн». Кстати, обложку для русских изданий рисовал Николай Писарев.

«Босоногий Гэн» с 1-го по 4-й том – комикс про мальчика, пережившего взрыв в Хиросиме. В первом война только начинается, а в четвертом Гэн уже борется против американских баз в Японии, он понимает, что если базы будут, то может случиться повторение Хиросимы и Нагасаки. Я, как историк по образованию, считаю, что такие комиксы – это действительно хорошо, потому что помогают раскрыть некие темы, которые вообще закрыты или не обсуждаются. Плюс через визуальное искусство все подается намного нагляднее».

«Из детских мне очень нравится комикс о Тинтине. Изначально он не позиционировался как детский. Его начали печатать во Франции в 30-е годы и вкладывали достаточно интересные темы: вопрос терпимости, вопрос преемственности. Например, в комиксе «Тинтин: Путешествие в Америку» он борется за права индейцев, находящихся в резервациях. Очень интересный комикс, где Тинтин в Китае, и начинается японо-китайская война, на фоне которой он пытается спасти своего друга. То есть в комикс многое вкладывается, притом что он детский. К сожалению, не издается комикс «Тинтин в Советском Союзе» – он запрещен у нас, потому что он очень русофобский».

«Комиксы придумывали в том числе как орудие пропаганды, чтобы пропихнуть какой-то сюжет через цензуру. Первый бум этого визуального искусства пришелся на наполеоновские войны, когда Англия думала вступать или не вступать в войну, и через газеты избирателям транслировали послание – зачем это вообще надо, ведь простому угольщику или каменщику было плевать на ситуацию во Франции. Им надо было показать, что у Англии есть свои интересы. Кстати, образ России, как медведя, придумали англичане в начале XIX века. У каждой страны было свое животное: Турция была индейкой, потому что turkey, Франция из-за Наполеона изображалась обезьянкой – он был невысокого роста и смешно жестикулировал, Англию рисовали львом, так как он есть на гербе королевского дома. А Россию сначала рисовали в виде казака, но потом поняли, что он выбивается из общей картины, и придумали медведя. Но если для России этот образ позитивный, то для Англии это нечто загадочное, природное, дикое, некий Молох. Есть очень хороший графический роман под названием «История святой Руси», нарисованный по заказу Наполеона III в тот период».

Итак, в Москве без проблем можно купить не только классику комикса, такую как «Ибикус», «Маус» или «Мылыш Немо в Стране снов», но и популярные среди молодежи комиксы «Бэтмен: Лечебница Аркхэм», серию «Sandman» по Нилу Гейману, «Босоногий Гэн» и «Приключения Тинтина». Представлена также обучающая литература, например, «Макроэкономика и микроэкономика в комиксах». Ее, отметил Иван, покупают для подготовки к семинарам даже студенты ВШЭ.

А вот никаких клубов, оформленных в стилистике комиксов, нам в Москве найти не удалось. Кроме заведения, расположенного в торговом центре на МКАД и предлагающего американскую кухню.

Стены кафе украшают сцены из комиксов про Бэтмена, правда, в меню это никак не отражено. По словам менеджера, среди постоянных посетителей есть пара молодых людей, очень напоминающих Джокера и Харли...

Мария Аль-Сальхани

comments powered by HyperComments