«В советское время это был высший чин достоинства человека»: история милиции от Глеба Жеглова до Дяди Степы

19:10 15/11/2021
ФОТО : Уткин Игорь/Фотохроника ТАСС

14 ноября 1973 года в газете «Комсомольская правда» напечатали сенсационную статью. Старшему лейтенанту Александру Попрядухину присвоили звание Героя Советского Союза, впервые такую высокую награду дали сотруднику милиции. За что же? За рядовое задержание преступника в парке Горького – так писали в газете. Но простые граждане так и не узнали, что произошло на самом деле. Что террористы захватили самолет Як-40 на пути из Москвы в Брянск, и во время штурма старший лейтенант Попрядухин взял огонь на себя. К счастью, его спас бронежилет. Подробности угона много лет были засекречены.

Брежневская эпоха – пик могущества и престижа советской милиции. Вся страна собирается у экранов, когда идет сериал про «муровцев» Жеглова и Шарапова. Романы братьев Вайнеров про следователя Тихонова раскупают миллионными тиражами. На праздничный концерт в Кремле в честь Дня милиции не достать билетов. Москва во время Летних Олимпийских игр 1980-го года просто идеальна! Ни одного серьезного преступления. Сотрудники милиции вежливы и улыбчивы, в красивой форме, а некоторые даже говорят по-английски. Министр МВД Николай Щелоков – один из самых влиятельных людей в стране, и почти каждый уверен: моя милиция нас бережет.

«К работнику милиции население относилось как к человеку очень уважаемому, к человеку, к которому можно обратиться за помощью в трудной ситуации, и он тебе, конечно, поможет», – считает писательница, подполковник МВД Александра Маринина.

1929 год. Первому секретарю Ленинградского обкома партии Сергею Кирову доложили: в городке Кингисепп милицией руководит талантливый начальник, почти всех преступников изловил. Этим самородком оказалась женщина, и Киров пригласил Паулину Онушонок в Ленинград.

«Она стала первым начальником 11-го отделения милиции, которое обслуживало тогда район Лиговки. Это был рассадник преступности, – рассказывает главный научный сотрудник Центрального музея МВД РФ Ирина Пикина. – Не каждый мужчина бы справился, чтоб это ликвидировать. И вот Паулина Онушонок начала работать. А вечерами она переодевалась в женское платье, либо нищенкой, либо бродяжкой, подбирала какие-то крохи, но при этом она все запоминала, слушала имена и фамилии. На следующий день были облавы, и уже эти преступники сидели у нее в кабинете и давали показания».

В милицию Паулина попала случайно, как и многие после революции. Работала с пионерами, занималась беспризорниками – такие активные граждане очень нужны были в милиции. Первые годы туда категорически не брали бывших царских полицейских, несмотря на их опыт.

«В первые годы советской власти в милицию приходили рабочие, крестьяне. Не было никаких курсов, школ милиции. Им просто говорили, какие обязанности были, что нужно делать», – говорит Пикина.

Большевики наивно верили: стоит сменить строй, раздать землю крестьянам, а заводы рабочим – и наступит всеобщее счастье, а криминальный элемент исчезнет сам собой. Конечно, это была утопия. Молодая советская милиция столкнулась с огромной проблемой: нехваткой квалифицированных кадров. Сотрудников царской полиции, разумеется, лояльных власти, снова стали брать на службу.

«Количество преступлений, если сравнить с 1916 годом и этим же временем 1917-го, выросло примерно в 10-15 раз, – отмечает ведущий сотрудник Центрального музея МВД РФ Ольга Рогачева. – Что способствовало такому росту? При временном правительстве Керенским было выпущено из мест лишения свободы по Москве уголовного элемента более трех тысяч».

Уголовный розыск в 1918 году создали для борьбы с политическими преступниками. Но уже скоро стало понятно – ловить нужно уголовных. Январь 1919-го, Владимир Ильич Ленин отправился на детский праздник, его автомобиль пробирался по заснеженным московским улицам. Вдруг на дороге показались вооруженные люди.

«Он со своими товарищами был выставлен из машины, у них отобрали документы, и машина скрылась в темноте. Когда преступники через какое-то время решили рассмотреть документы, то поняли, что у них в руках был сам Ленин. Это их очень разозлило. Они вернулись на то место, но, конечно же, Ленина там уже не было – он был в управлении милиции, рассказывал о событии», – рассказывают в музее МВД.

В некрополе у Кремлевской стены хоронили не только вождей, видных большевиков и военачальников. В 1918 году здесь оказались два скромных милиционера: Егор Швырков и Семен Пекалов. 4 апреля они заступили на службу возле Большого Устьинского моста в Москве. К ним подошли люди, предъявили корочку чекистов и попросили посторожить подъезд, якобы будут брать контрреволюционеров. Чекисты оказались обычными налетчиками и бросились грабить квартиры, избивать жильцов. Швырков и Пекалов вступили в бой: две старенькие винтовки Мосина против 15 бандитов, вооруженных до зубов.

В первые годы советской власти сотрудники милиции использовали оружие иностранного производства: в основном наганы, маузеры. При охране общественно порядка или на посту они могли использовать оружие Мосина. При этом внешним видом первые милиционеры почти не отличались от солдат – те же шинели, что носили в годы Первой мировой и Гражданской войны. Долгое время форма милиционеров была синей, с конца шестидесятых – серой.

«К сожалению, на ногах у сотрудников не всегда была хорошая обувь, а в январе 1918 года даже была создана чрезвычайная комиссия по изготовлению лаптей и валенок для сотрудников внутренних дел, – говорит Ольга Рогачева. – Сначала не было особых знаков различия, затем появились нарукавные нашивки, петлицы. Первые нарукавные повязки были еще у Красной гвардии, они носились сверху на шинели. Еще один из знаков был – это красная повязка на головном уборе, носилась она чуть наискось. В 1943 году были введены погоны для сотрудников милиции для повышения статуса, также они были введены и в армии».

Елена Сагирашвили приехала из грузинского села в Москву, чтобы стать летчицей, но прием уже был закончен. Тогда девушка поступила в автомобильно-дорожный институт. А в 1936 году она стала одной из первых сотрудниц только что созданной Госавтоинспекции. Позже – возглавила отделение ГАИ Советского района. Сагирашвили заработала себе отменную репутацию, дотошно проверяла каждый винтик, и машины выходили только в исправном состоянии. Правда, приходить на ТО к ней боялись... А в милиции первые женщины появились еще в 1919 году. Гражданская война, разруха, голод, мужчины ушли на фронт – сотрудников не хватало.

«Был наплыв женщин, которые хотели работать в органах внутренних дел. «Красная газета» писала: «Милиционерки так успешно работают, что положительно влияют на мужчин милиционеров», – отмечает Ирина Пикина.

«Женщина-следователь была работником, как правило, более успешным, чем следователь мужчина, – считает Александра Маринина. – Потому что следственная работа вообще по психофизиологии больше подходит женщине, чем мужчине: там очень много писанины, это совершенно не мужское занятие – сидеть и писать от руки. Во-вторых, инспекция по делам несовершеннолетних на 99% состояла из сотрудников-женщин. Эта работа с несовершеннолетними считалась немужской».

В ночь на 22 июля 1941 года на столичные крыши полетели первые немецкие зажигательные бомбы. За неделю бомбардировок постовой милиционер 9-го отделения Дмитрий Шурпенко погасил 34 пятидесятикилограммовых убийцы. Медаль «За отвагу» ему вручил сам председатель Президиума Верховного Совета СССР Михаил Калинин.

«Милиция выходила последней из городов. Нужно было эвакуировать ценности, контролировать эвакуацию людей, техники. На этапе войны, когда, наоборот, началось освобождение территории, встали такие проблемы, как огромное количество оружия на руках. Первые годы еще действует распределение продуктов по карточкам – это нужно было контролировать», – рассказывает Вера Губская.

Кадры из фильма «Место встречи изменить нельзя», где Глеб Жеглов и Володя Шарапов отдают несчастной женщине свои продуктовые карточки, одни из самых трагичных. Такая история случилась на самом деле. Когда у одной из жительниц Марьиной рощи украли сумку с карточками, она обратилась к оперативнику Владимиру Чванову. И точно так же рыдала от горя: муж еще не вернулся с фронта, дома двое маленьких детей. Молодая женщина решила уйти из жизни, ее вовремя вынули из петли, а Чванов пообещал найти преступника. И нашел, только вот улик, чтоб привлечь вора по закону, у него не было. Тогда милиционер нашел нужные слова и убедил жулика вернуть карточки.

После войны для советской милиции настали трудные времена. Многие сотрудники погибли на фронте, оставшиеся не успевали выполнять все обязанности. А в народе сложилось негативное отношение к органам – человек в форме ассоциировался с НКВД и «черным воронком», который ночью увозит на расстрел.

«С преступностью в Советском Союзе практически покончено», – так в 1960 году опрометчиво заявил глава страны Никита Хрущев. И отдал приказ распустить МВД СССР. Его функции передали министерствам внутренних дел союзных республик.

«План и отчетность – два слова которые руководили всей нашей жизнью в том числе и работой по борьбе с преступностью. Нужно было хорошо отчитаться, то есть показать высокий процент раскрываемости, и нужно было показать, что тяжкие преступления у нас не то что не растут, а постепенно сокращаются», – подчеркивает Маринина.

Резко снизили зарплаты, перестали платить за звания и выслугу лет. Многие профессионалы ушли из милиции, а преступность всего за полгода выросла на 23%. Все изменилось, лишь когда Хрущева сняли с должности, а главой всей советской милиции стал Николай Щелоков.

«Через два года его службы министерство превратилось в МВД. Сказать, что это какой-то новый этап – нет. Родилась по сути новая милиция, по-настоящему советская милиция, о которой сегодня мы слышим еще песни, снимаются фильмы, которую вспоминают ветераны», – рассказывают в музее МВД.

При Щелокове наступил золотой век советской милиции. Ввели новую современную форму, открыли 15 новых институтов и академий МВД. Зарплату милиционерами подняли в два раза, они даже получили машины, которые за цвет в народе ласково прозвали «канареечками».

Тема борьбы с преступностью в советской литературе и искусстве до Щелокова была полузакрытой, деятели культуры старательно обходили ее стороной. Фильм «Ко мне, Мухтар!» был лучшим достижением отечественного кино – и ни одного яркого образа сыщика, следователя или участкового.

«Кто помнит 60-е и 70-е, то в романах, повестях или кино был такой типаж: два друга милиционера – один глуповатый, а второй, не очень умный, на поддержке. И вот их должны были полюбить зрители. Но такого не происходило», – вспоминает актер Леонид Каневский. Была даже поговорка: «У милиционера одна извилина – это от фуражки». Этот образ нужно было переделать, и Щелоков переделал.

Погони, облавы, перестрелки – такой обычно представляется работа следователя. На деле же эта работа во многом была «канцелярская»:

«Мне пришлось познакомиться на Петровке со следователями настоящими, как их называют, – следаками. Меня поразила бумажная писанина. Сколько времени они проводят на отчетах, писании этих бумаг – это можно с ума сойти, как будто он канцелярский работник», – поражается актер Сергей Шакуров, сыгравший следователя Станислава Тихонова в советском мини-сериале «Визит к минотавру».

Один из авторов романа, по которому сняли фильм, Аркадий Вайнер сам был следователем и за 15 лет работы в милиции написал сотни рапортов. Не раз начальство возмущалось: слишком вольно написано, не по уставу. Аркадий терпеть не мог сухой канцелярский язык отчетов и норовил прибавить какие-то яркие детали. Особенно если случалось необычное преступление. Хоть роман пиши. Когда Щелоков совершил «культурную революцию» в МВД, Вайнер понял: можно уходить со службы и вместе с братом Георгием продолжить ловить преступников уже на бумаге.

МВД открыло журналистам доступ на свою «кухню», и в советской журналистике появились новые жанры: криминальные очерки и криминальные расследования, которые советские граждане читали запоем. Военный корреспондент Юлиан Семенов на несколько месяцев бросил основную профессию и устроился стажером в Московский уголовный розыск (МУР). Он выезжал на места преступлений, осматривал трупы, даже помогал на задержании. Роман «Петровка, 38» он написал всего за 20 дней. Вскоре вышел одноименный спектакль, а затем фильм.

«Картину «Петровка, 38» поставили в культурную программу Московской Олимпиады, и мы подумали, что это крах, потому – кто будет в дни Олимпиады ходить в кино на «Петровку, 38». А она стала рекордсменом, 53 миллиона, кажется, она собрала, это очень много», – вспоминает кинооператор Игорь Клебанов.

Руководство МВД охотно шло навстречу кинематографистам: выделяло транспорт, назначало консультантов. Работников милиции сыграли почти все кинозвезды того времени. Евгений Леонов, Олег Ефремов, Андрей Мягков и другие. Конечно, в каждой из советских республик был свой киногерой-милиционер.

«Вся милиция тогда в Советском Союзе была почти одинаковая, по одному уставу ведь работали. Милиционер – это был высший чин достоинства человека, – рассказывает народный артист Таджикистана Нурулло Абдуллаев. – Он достиг самого пика, если он работал милиционером».

В 1971 году по Центральному телевидению показали первую серию фильма «Следствие ведут ЗнаТоКи». Молодые, современные, интеллигентные – эти знатоки преступности и законов не были похожи на прежних следователей советского кино. Контрастное трио, разные характеры, верные товарищи: аккуратного Знаменского любили романтичные девушки, деловитой Кибрит писали письма молодые инженеры, а пылкого Томина обожали вообще все. Правда, высшие милицейские чины так опекали своих героев, что без их ведома нельзя было сделать и лишнего жеста. «Знатоки» – рекордные долгожители на советском телевидении. Сериал выходил на экраны целых 30 лет.

«Он был построен не на «стрелялках» и «бегалках», а на человеческих отношениях, связях, юморе, на профессионализме наших героев. Нас встречали и говорили: «Мы вас каждый день смотрим». У людей было ощущение, что мы стали своими, членами семьи», – вспоминает Леонид Каневский.

За 50 лет никто так и не смог написать песню, которая стала бы новым гимном МВД. Все эти годы «Нашу службу» непременно поют на концертах, посвященных Дню Милиции. Официально праздновать День милиции начали в 1962 году, тогда же и прошел первый концерт – популярнее был разве что новогодний Голубой огонек. Лишь однажды концерт на День милиции не показали по телевизору: 10 ноября 1982 года, когда умер Леонид Брежнев. А вместе с ним закатилась и звезда Николая Щелокова. Начались расследования коррупции в МВД, министра сняли с должности, лишили государственных званий и наград. Через два года Щелоков покончил с собой. Без своего энергичного покровителя и советская милиция оказалась в кризисе.

«Заменили его человеком из КГБ, который не знал, что такое преступность, не понимал, как с ней обращаться, что вообще с ней надо делать и как работает милиция, – отмечает Александра Маринина. – Он начал активно бороться с пьянством и нарушением трудовой дисциплины в рядах советских милиционеров. Выражалось это в том, что кого застукали в нетрезвом состоянии или, не дай Бог, распивающим на рабочем месте алкоголь, – того увольняли. То, что работники милиции, особенно работники уголовного розыска, употребляют спиртное в служебное время, знали все, это не было секретом. Но это было нормой, потому что, когда ты имеешь дело каждый день с чужими страданиями, с грязью, с болью, со слезами, зачастую с трупами, сердце же рвется, они же не каменные».

«Когда Михаил Сергеевич Горбачев разрешил частное предпринимательство, тогда вообще настал полный караул. Как только появились в обороте большие наличные деньги, сразу же стало возможно очень широко практиковать подкуп. К этому делу подключилась и милиция. А что ж не подключиться? Он учился в школе 10 лет, потом пять лет в университете или в школе милиции четыре года, потом 15 лет пахал как проклятый, семью потерял из-за этого... А сосед Ванька, который закончил три класса, разъезжает на шикарной машине, он уже купил себе новую квартиру. Вот эти два процесса, сливших воедино, дали нам «чудесные» 1990-е годы», – считает Маринина.

comments powered by HyperComments