Группа «Мураками»: В татарском языке нет слова «назад»

13:52 11/11/2019
ФОТО : МТРК «МИР»

Она родилась ровно в полночь в Ленинграде и гордится тем, что всю жизнь живет в Казани. Она вечно теряет ключи, телефоны, кошелек, но успешно продвигает все, что можно, включая собственную группу. Она любит создавать себе препятствия, а потом мужественно их преодолевать. У нее невероятно напряженный гастрольный график, ее песни возглавляют хит-парады, но при этом она смогла два раза стать счастливой мамой. В «Ночном экспрессе» с Алексеем Кортневым – Диляра Вагапова и группа «Мураками».

Станция Москва

Алексей Кортнев: В 2011 году песня «Нулевой километр» стала абсолютным хитом, продержалась несколько недель в топ-чартах «Нашего радио». Это большой успех, которого могло не состояться, потому что в 17 лет ты приехала в Москву на первое суперсерьезное испытание. Расскажи, пожалуйста, об этой истории.

Диляра Вагапова: Это была третья «Фабрика звезд». Я все мечтала оказаться «в телевизоре» и думала: «Надо доказать всем во округе, что я чего-то стою». Все детство мне говорили: «Голос хороший, но слуха нет, поэтому ты постой в сторонке, послушай, как Карина поет». Карина – это моя старшая сестра, она была второй вокалисткой группы «Мураками». Я приехала в столицу, прошла многочисленные отборы, но так вышло, что наши пути с «Фабрикой звезд» разошлись. В итоге меня не взяли, и слава Богу. Я никогда не забуду совет одного из наставников, который сказал: «Ты так хорошо стучишься в эту дверь, но там, может быть, нет никого. Что ты стучишься? Постучись в соседнюю!».

Алексей Кортнев: Это стало для тебя потрясением?

Диляра Вагапова: Я ревела, думала расстаться с жизнью. Я приехала домой, сделала ремонт, обклеила все желтыми обоями и большими черными буквами на японском языке написала «Не грусти». Месяц я побыла дома, а потом собралась с мыслями и пошла вперед. Как только объявили кастинг на следующий телепроект, «Народный артист 2», я решила попробаваться.

Алексей Кортнев: Насколько я знаю, из «Народного артиста» ты очень удачно и вовремя ушла.

Диляра Вагапова: Я находилась на проекте и вдруг получила СМС: «Хочешь играть в группе?». Для меня это было так заманчиво. Я и так создавала группу, но совершенно другое дело, когда сыгранный коллектив, достаточно популярный в Казани, приглашает меня как вокалистку. Группа тогда называлась «Солнце-Экран».

Станция Фудзияма

Алексей Кортнев: «Мураками» на японском означает «середина горы».

Диляра Вагапова: Просто тогда я увлекалась Японией, мне нравились мультики, я читала Харуки и Рю Мураками.

Алексей Кортнев: Долгое время группа играла без видимого успеха. В какой момент он пришел?

Диляра Вагапова: На мой взгляд, это произошло, когда нас заметили в Казани. Сменился мэр, новый мэр Ильсур Метшин нас заметил и сказал: «Ребята, давайте дадим року в Казани!» Мы записали альбомчик и неожиданно для себя поехали на «Новую волну».

Станция Казань

Алексей Кортнев: Как получилась, что родилась ты в Ленинграде, а уехала в Казань?

Диляра Вагапова: Папа у меня писал диссертацию в Ленинграде, но пришли такие времена, что он решил «перестраиваться», что-то делать. Он решил вернуться в родную Казань вместе с мамой.

Алексей Кортнев: Когда ты первый раз вышла на сцену?

Диляра Вагапова: Мне было пять лет. Мы жили в общежитии, где нас воспитывало много преподавателей, учителей и всех подряд – и они решили пошутить. В пять лет я выходила на сцену и пела песню группы «Дюна» – «Привет с большого бодуна». Мы выступали вдвоем с сестрой, я больше танцевала, чем пела.

Алексей Кортнев: Кто вас образовывал, обучал, насколько я знаю, в основном мама?

Диляра Вагапова: И мама, и папа – у нас вся семья очень музыкальная. Все детство моя бабушка организовывала домашние концерты. Таким образом я перешагивала через себя – я в основном показывала фокусы или была ведущей. А Карина всегда пела. Другая бабушка говорила – ты, главное, твори! В 12 лет я впервые взяла в руки гитару.

Алексей Кортнев: Когда ты почувствовала, что можешь писать сама и со своими номерами выходить на сцену?

Диляра Вагапова: Первое, что я сочинила, был романс. Я шла к зубному, это было так грустно (я очень боюсь зубной боли, поэтому хожу к стоматологу каждые полгода, не пропуская). Иду и думаю: «Я помню осень золотую, как будто было все вчера, она уводит за собою и говорит – пора, пора… Пора идти, не зная горя, пора смеяться от души, пора найти уж свою долю, ведь вы уж все ее нашли!» Бабушка, конечно, была в шоке. Она сказала, что надо писать больше, и я написала еще один романс. А после этого я решила, что уже могу, и написала песню «Носки».

Станция Москва – Голосистая

Алексей Кортнев: Эта станция называется в честь шоу «Голос». Когда ты решила туда пойти, вы уже были раскрученной группой. У вас были хиты, чарты, выступления на «Нашествии» с огромным успехом. Зачем вам это было надо?

Диляра Вагапова: Когда ты чувствуешь, что все хорошо, все классно, что ты делаешь?

Алексей Кортнев: Засыпаю.

Диляра Вагапова: Вот, и большинство людей так же. Я такая же! В этот момент мне необходим стресс, шок – что угодно. Мне нужно чувствовать энергию людей. Для меня проект «Голос» – это новые люди, новые интересные знакомства, общение с профессиональной командой. Я пошла на шоу «Голос», чтобы люди, которые участвуют и работают там, дали мне максимальное количество энергии, чтобы я зарядилась и получила волшебный пендель. Я его получила и пошла дальше.

Алексей Кортнев: До того как ты попала на слепые прослушивания, были еще какие-то предварительные отборы?

Диляра Вагапова: Там много прослушиваний. Сначала заполняешь анкетку, тебе звонят, ты приходишь. Я как раз прилетела из Красноярска и не спала всю ночь, потому что был концерт, перелет, переезд. Я приезжаю и вижу так много людей, и они все поют – это ужас… Я вообще не люблю, когда много поют, только если дети.

Алексей Кортнев: Поэтому мы с тобой не поем в хоре.

Диляра Вагапова: А ты знаешь, что меня в хор не взяли? Меня не взяли, потому что у меня тогда не было слуха, а я так хотела! Даже мальчиков брали, а меня нет.

Алексей Кортнев: Откуда слух взялся потом?

Диляра Вагапова: В 12 лет я пришла на занятия в джазовый ансамбль. Там брали всех. Марина Людвиговна мучилась со мной и научила меня слушать.

Станция Чебоксары

Алексей Кортнев: Вы много гастролируете и уже достаточно давно. Чем прекрасно и ужасно непрерывное «елозенье» по поверхности земного шара: случаются очень неожиданные – иногда прикольные, иногда чудовищные – ситуации. Можешь ли ты вспомнить случай, который произошел в благословенном городе Чебоксары на фестивале «Трамплайн»?

Диляра Вагапова: Я пою на сцене, у меня новый костюм (я тогда любила сама шить себе костюмы), и вот мои прекрасные джинсы расходятся пополам прямо на сцене. Слава богу, тогда мы еще выступали с моей сестрой Кариной, которая прикрыла меня своей юбкой. Как только я поняла, в чем дело, я спряталась за басиста – и продолжала петь. Леша испугался, Карина побежала за сцену, принесла мне платье. Это было весело, мы взяли Гран-при.

Станция Петрозаводск

Алексей Кортнев: Что имело место в Петрозаводске? Если в Чебоксарах был забавный случай, то здесь скорее трогательный.

Диляра Вагапова: Я взяла на себя такую миссию – я собираю корни нашей семьи. Если ты хочешь хорошие плоды, то тебе обязательно надо полить корни, так же логично? И я решила, что если я хочу, чтобы мои дети были действительно хорошими плодами и продолжением моего прекрасного рода, то я должна сделать все, чтобы его собрать по всей стране. В Петрозаводске мне совершенно неожиданно принесли фотографии моих двоюродных бабушек. Я ревела, это было очень трогательно.

Алексей Кортнев: Ты как-то сказала, что прожила полтора месяца в Санкт-Петербурге и испугалась, что тебя «засосет это творческое болото». Что подразумевалось?

Диляра Вагапова: Санкт-Петербург – это место, где все творят. Это болото для творческих людей. В Казани нет на это возможности. А в татарском языке нет слова «назад».

Алексей Кортнев: Такого количества рюмочных на одной улице, как в Санкт-Петербурге, нет нигде.

Станция Фелицианская

Алексей Кортнев: Самое светлое и драгоценное в жизни – это, конечно, детки. У тебя они совсем маленькие. Станцию мы назвали в честь твоей дочери, которую зовут Фелиция, то есть Счастье. Младший – Теодор, то есть божий дар. Сколько им лет?

Диляра Вагапова: Фелиции шесть лет, а Теодору 4,5 месяца.

Алексей Кортнев: Как у вас с мужем получилось найти время на детей в вашем графике?

Диляра Вагапова: Неожиданно для себя я поняла, что, помимо творчества и свободы, это то, что может улучшить этот мир. Это мои дети, это продолжение меня, это то, что дает мне силы в любое время суток, где бы я ни находилась. Это то, что для меня очень свято. Я не берусь утверждать за всех, но в нашей большой семье так принято.

comments powered by HyperComments