Илья Резник: Не пишу эстрадные песни – некому и не за что

15:03 10/04/2018
ФОТО : ТАСС / Новодережкин Антон

На прошлой неделе знаменитый поэт-песенник Илья Резник отметил свой 80-летний юбилей. Ведущий шоу «Достучаться до звезды» Илья Легостаев пришел в гости к Илье Рахмиэлевичу и узнал все его секреты.

Илья Легостаев: Я так понимаю, вы недавно вошли в клуб знаменитостей, переехавших за город.

Илья Резник: Да, мы снимаем дом. Пять лет уже. Здесь пишется хорошо. Правда, мы были в Крыму, в Ореанде, там тоже писалось хорошо. Встретили настоятеля храма покрова Пресвятой Богородицы Николая Данилко. Они сподобили меня креститься. И я начал писать молитвы с благословления патриарха. Это поэтические толкования псалмов и молитв Русской православной церкви. Это очень интересное занятие. Я-то думал, что я первопроходец, а потом выяснилось, что от Сумарокова начиная, Пушкин, Ахматова – все писали.

Для многих вы больше известны как автор знаменитых эстрадных хитов. «Старинные часы», «Маэстро», весь золотой фонд Аллы Пугачевой, почти все песни, которые сделали Лайму Вайкуле звездой, многие песни Валерия Леонтьева.

Да, еще Вове Преснякову: «Стюардесса», «Странник». Аллочке очень много. Недавно созванивались и так вяло говорим: «Ну что, напишем что-нибудь?» – «Да-а, напишем». В принципе-то все уже написали, потому что масло масляное. Ну, еще одну песню. Я для Аллы написал 71 песню.

Наверняка, вы для себя самый строгий цензор и критик. Что из ее репертуара вам больше всего нравится?

Могу сказать, что «Скупимся на любовь» для меня самая главная ее песня.

Когда вы перечитываете написанные 10 лет назад стихотворения, не возникает ощущения, что это сделал другой человек?

Да не только 10 лет назад, я вот недавние свои молитвы перечитываю и думаю, что это не я написал. Потому что ты выдыхаешь то состояние, которое было ночью, когда ты писал, а утром уже совсем другое состояние, думаешь: «Как это я написал?».

Почему в последнее время в разговорах о музыке говорят, что очень все плохо?

Потому что нет репертуара. Я не пишу. Принципиально. Некому и не за что. Неинтересно мне это. Я написал сейчас гимн русскому языку, гимн Юнармии. 

Вы раньше часто ездили в Ригу к Раймонду Паулсу.

Да, часто. У него блокнот такой, нараспашку, а внутри длинные нотные тетради. И вот мы садимся у рояля, он говорит: «Ну, это посмотри», – он играет, говорит: «Это да, это отложили, дальше». Это очень интересно.

Почему в какой-то момент все заканчивается?

Не заканчивается, просто нет стимула. Когда есть стимул – есть ради чего работать. Мы писали Алле и радовались, когда она получала звание Заслуженного артиста. Потом боролись за Народного артиста, переживали, потом ей отменяли это звание, какая-то борьба была, кто-то там ее давил, писал отвратные статьи, мы опровергали. Война была, была битва. И мы кайфовали от этого. Такие судьбы наших песен.

Непростые судьбы, хотя с другой стороны, вас, вроде бы, никогда не запрещали.

Как это не запрещали? У меня «Старинные часы» год лежали на фирме «Мелодия». Худсовет не пускал, считал, что я какую-то ерунду написал. Пришлось позвонить Сергею Михалкову. Он пробил «Старинные часы».

Раньше была более отлаженная система авторских прав.

Да, мы были просто богатыми людьми. Но деньги у меня пропали в дефолте в 1998 году. Дело в том, что тогда средние зарплаты были 140-150 рублей. Деньги другие стали, в сто раз дешевле тех. В результате я несколько лет получал за 3 тыс. песен в своем каталоге 30-35 тыс. рублей в месяц. Это была несправедливость.

Это одна из причин, по которой вы не спешите писать эстрадные песни?

Сейчас певцы сами себе пишут – они экономят. Или берут каких-то малограмотных, но дешевых авторов.

Почему вы поссорились с Аллой Пугачевой?

Да я уже не помню, из-за чего там все было. Был развод, а она с моей той женой дружила, ну я тоже ее могу понять. Вот Алла ее и поддерживала. Но это все дело житейское, самое главное же остается – наша история. Что мы сделали для отечества, для людей.

Правда ли, что между вами и Пугачевой возникли финансовые разногласия из-за переиздания старых песен?

Дело в том, что из-за дефолта мы изъяли каталог моих песен из РАО, которое ничего мне не давало. Лучше вообще, чтобы не было ничего. У Аллы же покупали песни на всякие гаджеты за большие деньги. Поэтому я лишил ее части песен. 

У нас было несколько ссор, мы могли два года молчать из-за какой-то ссоры. Потом Филя приходит, говорит: «Иди, она тебя ждет». Я прихожу, она наливает мне кофе, говорит: «Ну и на чем мы остановились?».

Были слухи, что вы пытались сотрудничать с Еленой Ваенгой.

Да, мы восхваляли ее с Раймондом. Я даже Раймонда позвал на ее концерт и привез Ваенгу на дачу в Латвии. Она лежала на полу и говорила моей жене: «Они гении! Они гении!». Мы дали ей 11 песен. Ответа долго не было, потом позвонил ее директор и сказал: «Мы берем четыре». А потом говорит: «Вы знаете, мы привыкли, что нам дарят песни». Ну и вот, с тех пор Ваенга меня поливала грязью. Такая история, опять все о деньгах.

Говорят, вас с Аллой помирил Раймонд Паулс. Так ли это?

Косвенно. Потому что я пришел на концерт Раймонда, где в финале Алла пела пять песен. И была премьера нашей песни «Вчерашний спектакль». Ну и я был в восторге, у меня была эйфория, я пошел за кулисы. Там сидел Максим Галкин и Филипп Киркоров, они ошарашено на меня посмотрели. Я дал Алле цветы, поцеловал ее и ушел. А потом мы с ней созванивались. Она даже поздравила меня с днем рождения.

Полную версию интервью с Ильей Резником смотрите по ссылке

comments powered by HyperComments