«Ужас и кровавая мясорубка». Воспоминания участников Ржевской битвы

15:07 31/03/2018
«Ужас и кровавая мясорубка». Как победили в Ржевской битве 75 лет назад
ФОТО : ТАСС / Berliner Verlag/Archiv/DPA

Ржевская битва, завершившаяся 31 марта 1943 года, вошла в историю Великой Отечественной войны, как одна из самых долгих и кровопролитных. Сражения длились больше года с перерывами в несколько месяцев. Все это время Советская армия испытывала острейшую нехватку продовольствия, вооружений и людей. Семьдесят пять лет спустя мы решили вспомнить, какой ценой далась победа в «ржевской мясорубке». 

«Мы залили их реками крови и завалили горами трупов», – вспоминал в многочисленных интервью те трагические события писатель Виктор Астафьев.

«Наша артиллерия практически молчала. Артиллеристы имели в запасе три-четыре снаряда и берегли их на случай вражеской танковой атаки. А мы наступали. Поле, по которому мы шли вперед, простреливалось с трех сторон. Танки, которые нас поддерживали, тут же выводились из строя вражеской артиллерией. Пехота оставалась одна под пулеметным огнем. В первом же бою мы оставили убитыми на поле боя треть роты. От безуспешных, кровопролитных атак, каждодневных минометных обстрелов, бомбежек подразделения быстро таяли. У нас не было даже окопов. Винить в том кого-либо трудно. Из-за весенней распутицы с продовольствием у нас было плохо, начался голод, он быстро истощил людей, изможденный солдат уже не мог рыть мерзлую землю. Для солдат все тогда происходившее было трудными, очень трудными, но все-таки буднями. Они не знали, что это был подвиг», – рассказывал писатель Виталий Кондратьев в книге «О войне придумывать не надо»

«Долгое время нам вместо хлеба выдавали сухари. Делили их следующим образом – раскладывали их равными кучками. Один из солдат оборачивался, и его спрашивали кому, указывая на ту или иную кучку. Немцы это знали и, чтобы поострить утром, бывало, по громкоговорителю кричат нам: «Русь, кончай делить сухари, будем воевать», – вспоминал участник сражений Михаил Бурлаков в книге «Это было на Ржево-Вяземском плацдарме. Книга первая»

«Мы несли большие потери и тут же получали новое пополнение. Каждую неделю в роте появлялись новые лица. Среди вновь прибывающих красноармейцев были в основном деревенские жители. Попадались среди них и городские служащие, самые мелкие чины. Военному делу прибывающие красноармейцы не были обучены. Солдатские навыки им приходилось приобретать в ходе боев. К линии фронта их вели и торопили. … Для нас, окопников, война велась не по правилам и не по совести. Противник, вооруженный «до зубов», имел все, а мы ничего. Это была не война, а побоище. Но мы лезли вперед. Немец не выдерживал нашего тупого упорства. Он бросал деревни и бежал на новые рубежи. Каждый шаг вперед, каждый вершок земли стоил нам, окопникам, многих жизней», – писал в книге «Ванька-ротный» капитан запаса Александр Шумилин.

«Мы наступали на Ржев по трупным полям. В ходе ржевских боёв появилось много «долин смерти» и «рощ смерти». Не побывавшему там трудно вообразить, что такое смердящее под летним солнцем месиво, состоящее из покрытых червями тысяч человеческих тел. Лето, жара, безветрие, а впереди – вот такая «долина смерти». Она хорошо просматривается и простреливается немцами. Ни миновать, ни обойти её нет никакой возможности: по ней проложен телефонный кабель – он перебит, и его во что бы то ни стало надо быстро соединить. Ползёшь по трупам, а они навалены в три слоя, распухли, кишат червями, испускают тошнотворный сладковатый запах разложения человеческих тел. Этот смрад неподвижно висит над «долиной». Разрыв снаряда загоняет тебя под трупы, почва содрогается, трупы сваливаются на тебя, осыпая червями, в лицо бьёт фонтан тлетворной вони. Но вот пролетели осколки, ты вскакиваешь, отряхиваешься и снова – вперед», – описывал участник битвы Петр Михин в своиих мемуарах «"Артиллеристы, Сталин дал приказ!" Мы умирали, чтобы победить»

«Если бы не поспешность и нетерпение Сталина, да если бы вместо шести необеспеченных наступательных операций, в каждой из которых для победы не хватало всего-то чуть-чуть, были бы проведены одна-две сокрушительные операции, не было бы ржевской трагедии», –  писал в той же книге Михин. 

Екатерина Дегтерева
comments powered by HyperComments