Семь предметов эпохи, которые доказывают, что СССР – это модно

11:21 27/11/2017
Семь предметов эпохи, которые доказывают, что СССР – это модно.
ФОТО : МТРК «МИР» / Игорь Медведев

Ничто с такой легкостью не просачивалось сквозь «железный занавес», как его символы. Серп и молот, пятиконечная красная звезда, олимпийский мишка – предметы, которые давно стали частью массовой культуры и используются крупными иностранными брендами. Однако успех советского дизайна был далеко не работой на буржуазную заграницу, а художественно осмысленным ответом на вызовы времени. Мы выбрали семь главных шедевров дизайна Страны Советов, которые были призваны догнать современность, но изменили мир.

Мебельная стенка


В начале 1960-х в советских квартирах стало тесно. И не только потому, что сами по себе хрущевки были маленькими. Их площадь заметно уменьшала мебель. Привозимая с собой из бывших квартир и приобретаемая в магазинах, она была слишком громоздкой для новых стандартов жилья. Часто при обустройстве квартиры результат был один и тот же – старые кресла, кровати и шкафы занимали слишком много места; а порой и просто не проходили в двери.

Тогда в Советском Союзе задумались над тем, как сделать мебель современной.

null

Квартал экспериментальных хрущевок в Москве. Фото: Артем Куковский (МТРК «МИР»).

Ведущие дизайнеры начали работу над моделями хрущевского интерьера в специально созданном Всесоюзном проектно-конструкторском и технологическом институте мебели (ВПКТИМ).

В результате их работы в магазинах появились разборные модули – часто шкафы и спальные секции – которые можно было занести в хрущевку по частям, а потом скомпоновать так, чтобы в комнате было максимально просторно.

Впрочем, изобретение мебельной стенки приписывают французу Полю Кадовису (в 1945 году), однако наибольшую популярность она получила именно в Советском Союзе и странах соцлагеря за счет конвейерного распространения панельного жилья.

null

Сборная секционная мебель в современной квартире – наследие советских дизайнеров.

Время, когда хрущевки были маленькими, а кресла большими, прошло. И теперь мебельная стенка навсегда осталась частью советской культуры – в 1970-х она запечатлена в оскароносном «Москва слезам не верит», народной «Иронии судьбы, или С легким паром!» и других популярных комедиях, известных на Западе. Часто, разумеется, сборно-разборные стенка или диван были дефицитом. Тем, кому, не хватало денег, скажем, на последний, могли ночевать в ванной, как Коля-штукатур из «Афони».

Сегодня мебельными стенками заставлены отделы многих заграничных магазинов, например, шведского торгового гиганта по продаже мебели и товаров для дома, который имеет множество гипермаркетов по всему миру.

Сумка-авоська


В 1960-70-е советские дизайнеры стали получать образцы тканей и копии эскизов художников дома «Кристиан Диор», чтобы одежда для модников и модниц Страны Советов не отставала от западных образцов. Многое перерабатывалось, и брюки, переходя через границу, могли потерять в весе и превратиться в элегантные шорты. Вообще Советский Союз часто любил брать то, что плохо лежит, – и давать этому второму жизнь.

Голос советской эпохи:

Один из примеров – авоська. Считается, что популярная в СССР сумка была изобретена в Чехии, а ее автором был Вавржин Крчил – он запустил экономные сумки в продажу, но, увы, не нашел успеха и прогорел.

Покупатели мира с рыночной экономикой не оценили ее преимуществ.

Другое дело – страна, жившая пятилетками. Авоська заполняет советские улицы уже в 1930-е. И карманы – что не менее важно: сумка маленькая, экономная и помещается в любой отсек одежды, занимая место не большее, чем носовой платок.

Подкупала и надежность – классическая авоська состояла 14 рядов по 24 ячейки и могла выдерживать до 70 кг.

Кроме того, сумка помогала контролировать расходы.

«Авоська представляется мне частью разумной системы, видом систематического дизайна, в котором продукты покупаются ровно в том количестве, в котором они нужны, а не «про запас», – говорил о сумке преподаватель Британской высшей школы дизайна Умберто Джираудо.

Зарубежные дизайнеры с энтузиазмом перерабатывали популярный в СССР аксессуар – так, американский модельер Марк Джейкобс представил полупрозрачную сумку на основе авоськи стоимостью 200 евро.

Олимпиада


Более 50 стран бойкотировали московскую Олимпиаду. И нужно было доказать, что это никак на отразилось на ее успехе.

Впрочем, художественная подготовка к Олимпиаде началась еще в середине 1970-х. И советские дизайнеры решили сыграть на национальном колорите, простоте и элегантности.

Эмблемы предыдущих Олимпиад – в Мюнхене и Монреале – гораздо менее запоминающиеся, чем эмблема московского спортивного праздника. У знаменитого логотипа игр-1980 неказистым является разве что только его официальное название: «От стартов ГТО – к стартам Олимпийским».

Но это низ айсберга, который известен только специалистам. Во время всесоюзного конкурса на логотип игр было прислано несколько тысяч работ. В качестве официальной была выбрана эмблема студента Строгановки Владимира Арсентьева: силуэт главного здания МГУ или Спасской башни с олимпийскими кольцами внизу. Стараниями Арсентьева массивный сталинский ампир и русская вариация ломбардской готики сплелись в утонченный силуэт, который до сих остается одним из самых известных символов Олимпийских игр.

«Медвежонок Миша» и «Конь-качалка». Московский музей дизайна. Фото: Игорь Медведев (МТРК «МИР»).

А вот талисман Олимпиады пришлось готовить детскому иллюстратору Виктору Чижикову. Стараниями художника получилась и плюшевая игрушка, и «клюквенный» символ России, и один из самых узнаваемых брендов. После слезы, которую Мишка пролил на прощание на стадионе в Лужниках, расставания не случилось – талисман растиражировался на дизайнерские аксессуары: футболки, кепки, брелоки, кружки. К реинкарнации Медведя вернулись художники Олимпийских игр в Сочи 2014 года.

ВНИИТЭ-ПТ (такси)


Система дизайна была поставлена в Советском Союзе на государственный уровень, что является уникальным случаем в XX веке. Один из столпов этой системы – Всесоюзный научно-исследовательский институт технической эстетики (ВНИИТЭ). В 1964 году он разработал модель «перспективного такси».

Еще в 1950-е было решено, что для таксомоторной службы нужен особый автомобиль, который отвечал бы вызовам времени и потребностям жителей Союза. Спустя десятилетие дизайнеры и конструкторы ВНИИТЭ разработали автомобиль, который по своим свойствам походил скорее не на привычные легковушки, а на автобусы.

Прототип такси «ВНИИТЭТ-ПТ». Фото: Виталий Кузбмин. Источник: wikimedia.org.

Силовой агрегат у автомобиля размещался сзади, как и у «Запорожца». Прячущиеся и поднимающиеся фары были футуристическим решением, предопределившим развитие целого поколения спорткаров. От рабочего места перегородка отделяла просторный салон – он был настолько вместительным, что в нем могла разместиться семья с детской коляской. Высота – около 1,5 метров. При этом одно из пассажирских сидений было обращено лицом к стеклу заднего вида. Уменьшенную копию футуристического такси можно увидеть на выставке «Система дизайна в СССР», которая проходит в Московском музее дизайна до 12 января. Любой ее посетитель легкостью заметит нежизнеспособность машины – за счет вместительности она слишком слабо была защищена от столкновений. По этой и другим причинам автомобиль так и не поставили на конвейер. Однако идея «перспективного такси» опередила время и реализовалась чуть позже за рубежом – в широкой практике применения такси-минивэнов в Европе.

Умный дом «СФИНКС»


Другой уникальный предмет, реконструкция которого есть на выставке, – Суперфункциональный информационно-коммуникационный комплекс, сокращенно «СФИНКС».

Дизайнеры «СФИНКСа» задумались над тем, чтобы освободить граждан Союза от некоторых бытовых дел и, самое главное, сделать это стильно.

В результате получился предвестник умных гаджетов 2010-х годов. «СФИНКС» – первая электронная система управления домом. Она состоит из сферических колонок, монитора, телефонов, дисковода для дискет, плоского экрана и пульта со съемным дисплеем. Такими комплексами планировалось оборудовать дома советских граждан к 2000 году. Умная система позволяла смотреть фильмы на жидкокристаллическом экране, хранить информацию и даже управлять некоторыми видами бытовой техники, не отходя от дивана.

Кепка Льва Яшина


Победоносная оппозиция пролетарской кепки буржуазному котелку и цилиндру была закреплена образом Владимира Ленина. И – еще более – памятниками вождю, где в подавляющем большинстве случаев он стоит (реже – сидит) в головном уборе.

Новая жизнь старых вещей

Тиражирование ленинской кепки было настолько маниакальным, что доходило до курьезных случаев – писатель Сергей Довлатов вспоминал, как не очень трезвый и удачливый скульптор представил публике Ильича с двумя головными уборами: один из них плотно сидел на голове вождя, второй он держал в руке.

Но если образ Ильича не был для западного демократического западного общества кристально чистым, то к фигуре футболиста Льва Яшина в капиталистическом мире относились с большой любовью не только поклонники спорта.

Знаменитый вратарь всегда играл за «Динамо» и сборную СССР в одной кепке (такие же кепки, иногда других модификаций, носили работники заводов и представители полукриминальной культуры Замоскворечья). Когда кепка вратаря вконец износилась, Яшин брал ее с собой на игру в качестве талисмана.

В 2017 году представители популярной компьютерной игры FIFA заявили, что Лев Яшин наконец появится в футбольном симуляторе – он будет единственным футболистом в игре, имеющим несменяемый головной убор.

Граненый стакан


Происхождение граненого стакана до сих пор остается загадкой. Однако многие приписывают его современный дизайн Вере Мухиной, автору скульптуры «Рабочий и колхозница».

В тех или иных вариациях граненый стакан встречается и раньше, например, на картине Петрова-Водкина «Розовый натюрморт» 1918 года, но брендовый дизайн стакан приобрел только в 1943 году, когда впервые был спущен с конвейера.

По одной из версий, перед советскими дизайнерами стояла задача: разработать стакан, максимально пригодный для общепита. Он должен был быть удобным для пролетарских рук (не выскальзывать), крепким (чтобы не разбиваться при падении со стола и не трескаться перепадов температур в посудомоечных машинах, которые начали входить в обиход) и – по возможности – эстетически привлекательным.

Толщина стенок позволяла использовать стакан в уличных автоматах с газировкой.

В конце 1980-х стаканы начали лопаться и взрываться. Некоторые в шутку заговорили, что это часть горбачевской антиалкогольной кампании, незакрепленная в документах, но используемая на практике. Однако позже выяснилось, что заводские рабочие просто несколько отступили от первоначального советского дизайна. А делать это, разумеется, было ни в коем случае нельзя – потому что красота в Советском Союзе почти всегда предполагала надежность.

Алексей Синяков

comments powered by HyperComments